Так Федулов оказался пленником. Тина прибрала его к рукам, добилась, что главными в доме стали ее дела, на все ложилась ее длинная тень.
— Однажды мы серьезно объяснились, — продолжал Федулов. — Я настаивал, чтобы она изменила отношение к Сергею. Но оказалось, что говорили мы на разных языках.
— А что вы скажете о ее судимости?
— Тоже скрывала. Правда, не сидела, отделалась штрафом за самогоноварение. Деньгами бредила. Хотела их иметь много-много. «Зачем?»— спрашивал. «А на черный день!» Чтобы купить в дом какую-нибудь вещицу, даже сыну, — ни-ни. Скандал устраивала.
— Сын, выходит, не зря бунтовал?
— Да, он своим детским умишком все впитывал. А я, дурак, оттягивал: то некогда, то вроде бы и так ладно. Сам себе боялся признаться, что влип безнадежно.
Федулова не покидала страшная мысль о том, что сын ушел из жизни с обидой на него. Почему он до конца не выслушал парнишку, не разглядел, что у него на душе?
— Значит, жена сама по себе, а вы сами по себе. Небось и постирушку сами делали?
— Чего скрывать — делаем, — смутился Федулов, — стираем и сушим.
— А на чем и где?
— Как — где? На улице. Подойдите сюда, к окну: видите там, в осинках, столбы вкопаны и веревки натянуты. Там и сушим.
— Вижу. Я только что там проходил, когда шел сюда через двор. Поглядел — веревки новые, словно вчера натянутые.
— Вчера не вчера, а недели две-три тому назад, — сказал Федулов. — Заменил сопревшие на новые.
— Так уж и сопревшие, — усомнился майор, что-то соображая. — Выбросили?
— Нет, куски, что покрепче, оставил. В хозяйстве всегда пригодится. Перевязать или…
— Нельзя ли взглянуть? — перебил Миронов.
Федулов наконец-то сообразил, к чему клонит майор.
— Конечно. Где-то валяются. Сейчас поищу. — И он стал шарить в кладовке, потом заглянул в ванную комнату, в туалет.
— Странно. — Алексей Иванович пожал плечами. — Куда же они запропастились?
Он минуту-другую стоял в нерешительности. Между его бровей легла упрямая складка. Потом встал на табуретку и извлек с антресолей коробку.
— Всякое барахло сюда запихал, — пояснил Федулов. — Одним куском перевязал.
Он распутал веревку и протянул ее Миронову.
— Как видите, старая, — добавил Алексей Иванович. — А где остальные два куска — ума не приложу…
Они смотрели друг на друга: Федулов как-то растерянно, а Миронов — сочувственно, с пониманием.
— Сейчас, Алексей Иванович, с вашего позволения, я приглашу соседей, — сказал Миронов. — Составим акт на изъятие веревки.
Федулов коротко кивнул. Побледнев, он опустился на стул и весь как-то сразу сник.
Капитан Степин доставил Тину Иосифовну Федулову в кабинет начальника угрозыска. За его столом следователь Арева перечитывала показания соседей. Не все, правда, охотно идут на сотрудничество с человеком в милицейской форме, и тем не менее, когда Степин вновь оказался в доме, все, к кому он обращался, помогли. «Видел Сережу с коренастым пареньком на автобусной остановке. Это было около десяти утра», «Сергей был в голубой курточке, с удочками. Кого-то поджидал. Потом из подъезда дома выбежал мальчик. Они направились в сторону автобусной остановки», «Встретила Тину Иосифовну возле дома. Она была очень взволнованна. Спросила, чего такая вся издерганная, она ответила: «Зубы болят». Было это после обеда, около двух дня», «Днем встретила Тину, она сказала, что ездила в центр покупать пасынку новую форму. Я возьми да и ляпни: давно пора, ходит в обносках…»
Арева дала Федуловой расписаться под текстом об ответственности за дачу ложных показаний и приступила к допросу. Тина Иосифовна казалась спокойной, по крайней мере — внешне. Она достаточно умна, чтобы не переоценивать свои возможности, и не настолько глупа, чтобы ломиться в открытую дверь.
— Я перечитала ваши показания, — сказала следователь. — Некоторые из них нуждаются в уточнении. Вы, к примеру, утверждаете, что уехали в город, а пасынок остался. Но вас утром видели на автобусной остановке, а чуть раньше Сергей с удочками уехал с этой же остановки.
Федулова выдержала прямой взгляд.
— Кто же это мог видеть?
— Соседи.
— Ах вот оно что. — Женщина усмехнулась и добавила запальчиво — Соседи, значит. Вы их больше слушайте, они и не то еще наговорят…
— Дальше вы утверждаете, что ездили в центр покупать школьную форму Сергею, — продолжала Арева. — Не исключено, что вы кого-то там встретили из знакомых, а может, вас кто видел в автобусе или в городе?
— Встретила одну соседку толстую, другую тонкук да высокую…