С Эйнаром было что-то явно не то, не иначе слетел с катушек. Я сжала кулаки. Магия теней заструилась вокруг моих пальцев, а Блайн начал меняться — его кожа покрывалась чешуёй, глаза полыхали огнём.
— Уходи, Сантари, боюсь, это слишком опасно для тебя. — бросил он, не оборачиваясь.
— Нет, — я встала рядом. — Мы вместе пришли. Вместе и закончим.
Эйнар рассмеялся:
— Как трогательно. Что ж, посмотрим, насколько крепка ваша связь.
Он взмахнул рукой — и из разлома вырвался столб чёрной энергии. Блайн рыкнул, принимая полную драконью форму, и встретил удар своим пламенем. Воздух затрещал от столкновения сил. Я присела, прикрывая лицо руками, меня чуть было не снесло небольшой ударной волной.
Я знала, что делать. Магия теней откликнулась на мой зов, сплетаясь с драконьей силой Блайна. Направив всю свою проклятую магию в разлом, я искала слабое место, брешь и одновременно замедляла время. То, что находилось внутри разлома, было очень сильным, древним. От перенапряжения у меня начинали дрожать руки и ноги, я ни то рычала, ни то кричала, упорно выискивая слабые места, чтобы разбить, сломать, прекратить эту тёмную магию, которая была совершенно не похожа на мою, эта была опаснее, слоднее, старая как само мироздание.
Я подпитывалась от силы Блайна, но мне было всё сложнее и сложнее контролировать ситуацию. Блайн парил над разломом, пытаясь разрушить разлом своим огнём. Эйнар тем временем бежал ко мне словно в замедленной съёмке, я старалась не обращать на него внимания, но на всякий случай вынула из сапога кинжал и перехватила рукоять поудобнее, чтобы нанести удар, когда он окажется совсем близко.
И вдруг меня осенило, а что, если я прикончу Эйнара? Это ведь он открыл разлом, возможно, без его силы он закроется или станет не таким сильным. Хотя существовала вероятность, что может стать хуже, но очень маленькая. Не дав себе засомневаться, я, не переставая держать под контролем разлом, метнула кинжал в грудь Эйнара.
— Сантари. — услышала я голос Блайна у себя в голове словно через вату.
Разлом захлопнулся с оглушительным хлопком. Эйнар отлетел назад, движимый силой вошедшего в его грудь кинжала, ударившись о дерево. Его плащ вспыхнул, и он с криком на мгновение исчез в облаке дыма, а затем затих навсегда, уставившись на мир остекленевшими глазами.
Блайн, убедившись, что со мной всё в порядке, обрушил своим пламенем землю вокруг разлома, тем самым полностью погребя его где-то там под тонной камней и земли. Затем вернулся к человеческой форме, тяжело дыша. Я бросилась к нему, обняла, чувствуя, как дрожат его плечи. Я знала, что ему тоже было несладко, когда я тянула из него силы, он, как и я, слабел.
— Ты как? — спросил он, обхватывая моё лицо ладонями и заглядывая в глаза.
— Бывало и похуже. — улыбнулась я.
Он хмыкнул и прильнул к моим губам. Мне тут же захотелось заняться с ним любовью прямо здесь, но неподалёку нас поджидали наши люди. Да и от трупа Эйнара мало романтичного.
— Оставим его здесь. — оторвавшись от меня, Блайн кивнул на тело Эйнара, — Вернёмся в замок. Остальным пусть займутся другие.
— Кажется, на Кадане будет неспокойно ещё очень долго. — поджала я губы, оборачиваясь на тело Эйнара.
— Да. Ты права. — согласился Блайн. — Подобные Эйнару ещё напомнят о себе.
Мы вернулись в замок под вечер следующего дня. Дорога назад казалась короче, но усталость давала о себе знать: в теле ощущалась свинцовая тяжесть, а магия теней, хоть и утихла, всё ещё пульсировала где-то под кожей — будто напоминание о том, что мир больше не станет прежним.
В тронном зале нас уже ждали: Торвин, советники, несколько магов-наблюдателей и даже пара капитанов городской стражи. Лица у всех были напряжённые, но стоило нам с Блайном войти, как в воздухе повисло облегчение. Клянусь, мне даже послышалось, как кто-то с облегчением выдохнул, судя по всему, самый молодой из капитанов стражи.
— Вы справились, — заговорил Торвин, подходя ближе. — Разлом закрыт?
— Навсегда, — подтвердил Блайн, снимая плащ и бросая его на спинку кресла. — Эйнар мёртв. Его магия больше не угрожает Кадану. Хотя нам так и не удалось выяснить, откуда в нём такая сила. Полагаю, когда-нибудь это незнание может дать о себе знать.
По залу прокатился шёпот. Кто-то переглянулся, кто-то опустил глаза. Я поймала на себе несколько настороженных взглядов — видимо, не все были рады тому, что именно я нанесла решающий удар снова. Хотя это было не совсем так.
— Но это лишь верхушка айсберга, уверена, — добавила я, обводя взглядом собравшихся. — Эйнар действовал не один. У него были покровители, последователи, союзники, возможно, даже среди тех, кто сейчас находится в этом зале.