В тот день, когда я узнала об участии в Сумрачных играх, меня спасла немыслимая удача. Слоняясь по улицам, я столкнулась с коренастой старушкой, которая сразу поняла, что я в беде, и предложила мне еду и теплую постель за то, что я несколько недель поработаю на нее. Я, конечно же, согласилась.
В свой предпоследний день в доме старушки Омары, покупая для нее свежую рыбу на рынке, я услышала от местных рыбаков о том, что в этом году Сумрачные игры будут проводиться в Речных землях, то есть во владениях нашего лорда. Радости от этого не было никакой, но мне хотя бы не нужно ехать на другой континент, чтобы принять в них вынужденное участие.
Сумрачные игры проводились раз в десять лет на потеху всем тридцати шести лордам. Это была многовековая традиция. Каждый желающий мог принять участие и попытать судьбу, либо тебя отправляли на них в наказание, как моего отчима, место которого заняла я. Отказаться было невозможно, если на твоей руке уже поставили печать.
Трем победителям предоставлялась возможность в исполнении любого желания. Любого. Можно было попросить что угодно, например, дом или денег, а может, и чьей-то смерти. Поэтому основную часть добровольцев составлял простой народ, мечтающий о лучшей жизни, и сосланные в наказание. Но были также и те, кто шел ради развлечения и жажды убивать, те, для кого исполнение желания было далеко не на первом месте. Имена всех добровольцев оставались навсегда увековечены на камне почета. Достойная смерть для всех, кому терять было нечего. Смелость и отвагу на Кадане чтили.
В тот момент на меня вдруг накатило четкое осознание своего печального будущего, не попади я в Сумрачные игры. Вариантов было всего два: я стану либо торговкой своего тела и благополучно скончаюсь через пару лет от какой-нибудь заразы, либо просто-напросто замерзну где-нибудь в подворотне с наступлением зимы. Стоило признаться, что нормальной работы и жилья мне не видать. Я не обладала магией, не имела никаких выдающихся талантов и тем более семьи, в которой бы мы все помогали друг другу выживать. Поэтому оказаться на играх было даже в какой-то степени гуманно.
Эти мысли не оставляли меня в течение всего дня, и они становились всё назойливее, когда за окном я увидела лицо очередного бездомного ребёнка, который просил милостыню. Мне было нечего терять, кроме своей жизни, но я и так могла её лишиться в ближайшем будущем, если не рискну и не попытаюсь что-то изменить. А если у меня не получится, то моё имя хотя бы будет на почётном камне, а не на деревянной табличке, которая обычно прикрепляется к надгробию умершей проститутки.
Я на свой счет особых иллюзий не питала, но кто знает, если у меня получится заручиться покровительством хотя бы одного лорда во время игры, может быть, я смогу прийти в тройке выживших. Вот тогда-то я и потребую шкуру отчима с золотой ленточкой. И дом, конечно, дом.
— О чем призадумалась, голубка? — спросила меня старушка Омара.
— Да так, — отмахнулась я, доставая из печи ароматный рыбный пирог. Я не рассказывала ей о том, что меня ждет.
— Меня не проведешь, — ласково улыбнулась она. — Расскажи, что тебя тревожит. Я ведь вижу, что думаешь ты о чем-то весь день, и от этих мыслей тебе тревожно.
Нравилась она мне, старушка Омара. Добрая, мудрая и участливая. Я была ей благодарна за то, что дала мне временный кров. Очень жаль, что я не могла у нее остаться, она и сама с трудом свой век доживала. Не могла я стать нахлебницей, да и игры уже совсем близко.
— Я в списках участников Сумрачных игр. — немного поразмыслив, призналась я ей.
— Ох! — испуганно воскликнула она.
— Да, знаю. — кивнула я, понимая ее испуг.
— Но что сподвигло тебя на это пойти? — женщина укоризненно посмотрела на меня, прижимая руку к сердцу.
— Отчим обманом вписал меня вместо себя. По своей воле я бы туда не пошла. — опустила я глаза в тарелку, чтобы не разрыдаться.
Ужинали мы в полном молчании, ни я, ни она не проронили больше ни слова. А после я убрала со стола, вымыла посуду. Накормила рыжего кота Пуха и отправилась спать с тяжелой душой и все теми же гнетущими мыслями.