— Согласен, — прохрипел Вакрам, потирая шею. — Его предложение звучит заманчиво, но насколько оно окажется выгодным для тебя, Сантари?
— А что, если он действительно может защитить нас? — задумчиво произнесла я. — Его власть здесь неоспорима. Смог же он вывести меня из лабиринта. Да, мне спасали жизнь вы, но мы же знаем, что всё было не так просто.
— Власть? — фыркнула Аурэль. — Власть — это иллюзия.
— А может, у него есть пара козырей, о которых мы не знаем. — пожал плечами Вакрам. — Не могу поверить, что он затеял игру такого масштаба, не имея в запасе того, что дает ему такую уверенность в своих силах. И, думаю, это даже не Сантари. Не только ее проклятый дар теней.
В дверь постучали. На пороге возник церемониймейстер, объявивший о начале ужина. Мы переглянулись. Пора было идти развлекать этих напыщенных болванов драконов. Я лично отдала бы всё, чтобы не видеть больше никогда их холеных морд.
Зал для торжеств поражал воображение. Для меня, росшей в дыре, нищете и грязи, это было нечто невообразимое. Сотни свечей освещали пространство, отражаясь в хрустале и серебре, повсюду картины, обрамленные золотом, я была уверена, что это чистое золото, дорогущие скатерти, ковры, резная мебель, инкрустированная драгоценными камнями. Лорды сидели за главным столом, возвышаясь над остальными. Мельснатти занял место во главе, рядом с ним — пустое кресло, явно предназначенное для меня.
Музыка заиграла, и мы заняли свои места. Ужин начался с тостов и поздравлений, но я чувствовала, как взгляды лордов буравят меня насквозь. Каждый кусок застревал в горле, несмотря на то, что я была безумно голодна, любое мое слово звучало натянуто.
Мельснатти наклонился ко мне:
— Ты выглядишь напряженной, Сантари. Расслабься. Сегодня твой вечер.
— Мой вечер? — усмехнулась я, с отвращением покосившись на него. — Или ваш?
Он улыбнулся, но в его глазах промелькнуло что-то хищное.
Когда ужин завершился, все встали и переместились в соседний зал. Там тихо играла музыка. Одни лорды танцевали со своими дамами, другие собирались в небольшие группы и оживленно беседовали. Многие подходили к победителям, чтобы поздравить их, но их поздравления были сухими и неискренними.
— Это нечестная победа, Блайн, ты купил этой мелкой мышке победу, — заявил подощедний к нам лорд, имени которого я не помнила. Да мне, собственно, было на них на всех плевать, я даже не собиралась вникать, кто есть кто.
— Разве смысл Сумрачных игр не в том, чтобы получить удовольствие? Все ведь так или иначе получили то, для чего эти игры и существуют — насладились зрелищем. — ответил Мельснатти.
— Но зачем тебе это нужно, вот в чем самый большой вопрос. — он многозначительно уставился на него. Было очевидно, что он прекрасно знает, для чего я нужна Блайну.
— В этом году хочу записаться в благодетели, лорд Ильхейм. — ухмыльнулся тот.
— Ой ли. — фыркнул лорд Ильхейм и поспешно ретировался.
Мимо нас проходил парнишка-виночерпий, и лорд Мельснатти взял для нас по бокалу вина. Немного помедлив, я не стала отказываться и осушила бокал всего за несколько больших глотков, чтобы унять дрожащие от гнева руки.
— Я уже говорил, что ты прекрасно выглядишь, Сантари, — его голос был низким и бархатистым. — Готова к танцу?
— О нет. Я не танцую, — фыркнула я.
— Вопрос был риторическим, — ухмыльнулся он, протягивая мне свою широкую ладонь.
Я нехотя вложила свою руку в его лапищу, и она мгновенно утонула в ней. Он потянул меня в середину зала, и я очень старалась не выдать своего волнения, танцевать я действительно не умела. Его взгляд скользил по моему телу с неприкрытым интересом, и это вызывало во мне смесь отвращения и тревоги.
Хоть танцпол и был заполнен парами, все взгляды, казалось, были прикованы к нам, разумеется, учитывая то, что с Аурэль ее лорд-покрователь даже не соизволил постоять рядом, ему, вероятно, хватило тесного нахождения с ней во время ужина. Мельснатти властно положил руку мне на талию, прижимая к себе ближе, чем того требовал этикет.
— Ты по-прежнему напряжена, — прошептал он мне на ухо, его дыхание обжигало кожу. — Расслабься. Я не причиню тебе вреда. У меня другие цели.
Его пальцы скользнули ниже по моей спине, и я едва сдержала дрожь отвращения.
— Твои мысли слишком громко кричат, Сантари, — продолжал он, кружа меня в танце. — Я вижу, как ты пытаешься просчитать каждый мой шаг.
— А вы пытаетесь просчитать каждый мой, — парировала я, стараясь держать дистанцию.
— О, безусловно, — его улыбка стала хищной. — Но ты недооцениваешь мою способность читать людей. Особенно таких, как ты.