- Однако, Боги есть и нами правят. И то, что Вам было дано встретить почившую в погребальном одеянии, свидетельствует об истинности проповедуемого учения и верности исполняемых нами обрядов, возведения правителям гробниц и погребения тех с прижизненным богатством. Ведь благословлённые забирают их с собой. – не сдавался личный предсказатель наследника.
- Куда забирают?! – возразила Сона, - Там сплошное молоко.
- Но, ведь, это был сон, госпожа? Живой не может узреть того, что видит мёртвый.
- Вы заблуждаетесь, господин Ян Це. Подобное явление - свидетельство тому, что Боги существуют, и только. Возможно, мы с Вами ошибаемся даже насчёт них самих, также, как Вы допустили неправду в своей «истине».
«Фанатика не переубедить, он всегда найдёт оправдание. Хон Сиан правильно говорил: люди верят в то, что создали сами. А воображение человека невозможно ограничить и обуздать».
Мужчина хотел было что-то возрастить, но Бай Ан Лиу его опередила:
- Господин, я глубоко уважаю Вас, - приятно врала девушка, - и потому прошу: не стоит продолжать нам этот спор, сегодня я слишком обидчива. Сказывается длительная дорога и пережитое, - она сделала паузу, чтобы гадатель точно понял причину её раздражения. - Если Вы позволите, я бы желала отдохнуть.
Ян Це грациозным широким жестом выставил сложенные кисти рук вперёд, и ещё раз поклонился, на этот раз медленнее:
- Не смею более утомлять госпожу, лишь только она отдаст мне приказ.
«И судя по всему, приказ этот касается твоих приготовлений к празднику моей клятвы? Ядовитый уж!».
- Прошу передайте Его Высочеству: я исполню волю Богов и то, о чём молилась почившая правительница-мать, если после я смогу покинуть его, и никто никогда не станет дознаваться о моём прошлом.
Так же, медленно, назначенный глашатай выпрямился, опять заводя одну руку за спину:
- Вы желаете покинуть главнокомандующего нанесшей Вам оскорбление армии или же саму династию?
- Какая в том разница?!
- Дерево имеет единый корень, госпожа, но каждая его ветвь, каждый лист, цветок и плод – не есть один и тот же.
- Я пришла сюда по доброй воле, по ней же и уйду. - безапелляционно отрезала госпожа Бай.
Мужчина поклонился в ответ на прощание и вышел, как и всегда, выказывая глубочайшее уважение, и не теряя при этом собственного достоинства учёного.
На выходе он встретил генерала Фань Мо Джуна, нашедшего свободную минуту среди своих обязанностей правой руки главнокомандующего, дабы проведать подопечную.
- Господин, - обратился к нему Ян Це, - у меня тревожные известия. Я наблюдал Луо Син[И3] , покидающую утреннее небо. Это предостережение самой Богини Милосердия [И4] о надвигающейся опасности…
- В том нет тайны, - пытался успокоить его Мо Джун, зная о паникующей натуре главного предсказателя, - мы находимся в пекле. Скажите Вы мне иное – я бы усомнился.
[И1]Луо Син ( от 落 luò – «падать, упасть» и 星 xīng – «звезда»). «Падающая звезда» - название падающего небесного тела, замеченного гадателем.
[И2]Богиня милосердия Жэнь Ай ( от 仁爱 rén’ài - «милосердие, великодушие, человеколюбивый»). Одна из богинь, почитаемая в Стране Восточных Ветров.
[И3]Луо Син ( от 落 luò – «падать, упасть» и 星 xīng – «звезда»). «Падающая звезда» - название падающего небесного тела, замеченного гадателем.
[И4]Богиня милосердия Жэнь Ай ( от 仁爱 rén’ài - «милосердие, великодушие, человеколюбивый»). Одна из богинь, почитаемая в Стране Восточных Ветров.
2.1
- Пребывать в тревоге меня заставляет не это, господин, а то, что опасность ожидает всех наследников У. - акцентировал звездочёт. - И, если спасение вымолено почившей правительницей-матерью одному, то значит, и другим, - он вновь сделал выжидающую паузу, позволяя генералу верно услышать сказанное, после чего, наметив прощальный поклон, уплыл обратно, в сторону шатра главнокомандующего.
Сообщили о прибытии генерала. Почему-то Сону это встревожило, но и обрадовало. Конечно, ведь, он - единственный человек, поддерживающий её. Чужачка со своими секретами не могла положиться на генерала Фань во всём, однако, «поплакаться в жилетку» после неприятного разговора с не менее противным фанатиком собственного воображения – вполне. Добрый здоровяк Мо Джун казался ей отдушиной. Как же хотелось доверять хоть кому-то!