— Они не успеют. Парни Хадсона очень скоро ворвутся в дом, — нахмурясь, сказал Джерико, похлопал рукой по винтовке, которую держал под мышкой, и повернулся к Майку: — Майк, ты что-то говорил нам о запертом сарае, в который тебя не пустили. Не знаю почему, но мне хочется туда попасть. Так что это за сарай, Энжела?
Похоже, вопрос Джерико поставил миссис Драйден в тупик.
— Там хранится мебель, — удивленно глядя на Джерико, проговорила она. — Мать Фрэнка умерла за год до его гибели. Дом свекрови продали, а мебель осталась. Вот мы ее туда и свезли. Помимо мебели там хранятся еще кое-какие ее вещи. Этот сарай уже три года закрыт.
Никки вернулась с металлической коробкой и достала из нее пузырек с нюхательной солью.
— Гэлли, ты не забыл, как ею пользоваться? — протягивая мне винтовку, спросил Джерико.
Он взял у Никки нюхательную соль, присел возле дивана и поднес пузырек к носу Тейера. Через пару секунд тот открыл глаза и слабо махнул рукой. Затем его взор остановился на склонившемся над ним Джерико, и на лице его отразился ужас.
Взяв Тейера за плечи, Джерико усадил его и развернул лицом к нам.
— Энжела! — увидев миссис Драйден, изумленно воскликнул Тейер.
Энжела промолчала.
— А сейчас, приятель, самое время продолжить разговор, который мы начали у тебя в гостиной, — угрожающе произнес Джерико. — Так где Линда?
Тейер увидел приближающегося к нему Майка, и губы его затряслись.
— Клянусь, не знаю, — пролепетал он.
— А как зовут твоих друзей, которые меня били, тоже не знаешь?
— Вы же сами видели, они были в масках. Я не знаю, кто…
— Приятель, не злоупотребляй моим терпением. Оно уже на исходе, — прервал его Джерико и взял протянутый ему Солтером стакан с бурбоном. Сделав большой глоток, он вернул стакан Солтеру. — Вы меня сначала избили, потом связали и заперли, а потом устроили на меня охоту как на дикого зверя, — продолжал он. — Этого вполне достаточно, чтобы всех вас отдать под суд.
— Клянусь, я хотел вам помочь. Правда, — дрожащим голосом произнес Тейер.
Он скривил губы и вдруг заплакал, словно ребенок. Затем, умоляющее глядя на миссис Драйден, Тейер пробормотал:
— Энжела, я знаю вас с малых лет. Разве я хоть раз дал вам повод подумать обо мне плохо?
— Чтобы она о тебе ни думала, но факты говорят сами за себя, — заметил Джерико. — Ты застрелил лейтенанта Краули, прекрасно зная, что это был он. Ты замешан в исчезновении Линды Вильямс. Ты со своими дружками избил меня до полусмерти, а потом, связав по рукам и ногам, запер в сарае. Более того, когда я вырвался на свободу, ты с ними устроил на меня настоящую охоту. Этого более чем достаточно, чтобы миссис Драйден изменила о тебе мнение.
— Оррин, этому же должно быть хоть какое-то объяснение, — сурово сказала Энжела.
— Учти, Тейер, добровольное признание может смягчить твою вину, — сказал Джерико. — Только пойми меня правильно — выколачивать его из тебя мне совсем не хочется. Но независимо от того, какое обвинение предъявят твоим сподвижникам из АИА, тебя точно будут судить за убийство. А может быть, и за два. И жену твою тоже. За соучастие в преступлении. Это же она привела с собой парней в масках, которые избили меня. Так что тебе можно приписать еще и покушение на убийство.
— Но вас же не собирались убивать! — едва сдерживая слезы, воскликнул Тейер. — Мы хотели вас только попугать. И всех остальных тоже.
Джерико осторожно коснулся раненой руки.
— Всего каких-то десять сантиметров левее, и пуля попала бы мне прямо в сердце, — сказал он.
— Да, но она же не попала, — возразил Тейер.
— Чем вы занимались в лесу, когда стреляли по мне и Никки?
— Это были учения, — выпалил Тейер. — Мы проводим регулярные занятия по ведению антипартизанской войны.
— Ради бога, мистер Джерико! Вы что, собираетесь поверить этому бреду? — воскликнул Майк и угрожающе двинулся на Тейера. — Тейер, я хочу знать, что случилось с Линдой Вильямс. Ну-ка, отвечай!
— Пожалуйста, Оррин, — сказала Энжела. — Линда — подруга Майка Райана. Можешь себе представить его состояние. Он уже сутки о ней ничего не знает. Что бы ты чувствовал, если бы Делла или одна из твоих сестер вдруг исчезла, а рядом с тобой оказался человек, который может знать, где она находится?
Тейер вынул из кармана брюк носовой платок и вытер с лица пот и слезы.
— О Боже! — дрогнувшим голосом произнес он. — Если б можно было вернуться на сутки назад! Если б это было возможно!
На войне в Корее я научился во время допроса определять момент, когда пленный уже готов расколоться. Тогда давить на него уже не надо, а нужно только ждать, когда он заговорит сам. Сейчас наступил именно такой момент. Джерико тоже его отследил и схватил Майка за запястье, чтобы тот не набросился с кулаками на Тейера. Оррин же, ища защиты, переводил взгляд с одного из нас на другого.
Наконец его взгляд остановился на Энжеле, единственном человеке, на чье снисхождение он мог бы рассчитывать. Мы для него были чужими и поэтому врагами.
— Энжела, вчера во второй половине дня мы устроили совещание, — начал рассказывать Тейер. — На нем обсуждалось организованное вами представление. Каким оно будет, нам рассказал Джо Блисс. Вы же, Энжела, от него ничего не скрывали, и он подробно нам его описал. Джо знал, что будет громко играть музыка, что будет разноцветная подсветка, что зрители придут в экстаз, начнут кататься по полу и что все это, скорее всего, закончится всеобщей оргией. Он сообщил, что для постановки этого зрелища вы пригласили пятнадцать или двадцать нью-йоркских хиппи. Извините, Энжела, но мы такого безобразия в нашем Гленвью допустить, естественно, не могли. Мы переговорили с мистером Хадсоном, и он разрешил нам вторгнуться на территорию вашей усадьбы, прервать представление и отправить распущенных юнцов обратно в Нью-Йорк.
За время многочисленных допросов захваченных в плен корейцев у меня, служившего в разведотделе американской армии, выработалось особое чутье — я мог безошибочно определить, говорит ли допрашиваемый правду или лжет. Слушая Тейера, я чувствовал, что его признания не вполне искренни.