— Поганые! Прямо за нами!
— Горит⁈ — сидевший на телеге на месте возчика Коська дёрнулся к Фролу. Тот давно вновь зарядил кулеврину крупной картечью и, прислонившись к треноге поворотной, дремал.
— Горит! — встрепенулся десятник и принялся раздувать фитиль.
Арбалет у парня тоже уже заряжен и даже аккуратно на пенёк уложен или как это называется? Дерево сломало, а не срубленное оно, и часть ствола ещё сломалась при падении и теперь горизонтально почти лежит. На него Коська и облокотил арбалет, уже даже со стрелой. Туда сейчас вприпрыжку и ломанулся.
С трофеями в лагерь поехала самая небоеспособная часть партизанского отряда. Убыли три возчика ополченца и трое раненых. Из раненых только Фрол остался, как главный артиллерист. Итого: сейчас неизвестному количеству ордынцев противостояли двенадцать лучников — арбалетчиков и раненый десятник. При этом у каждого и пищаль заряженная имеется.
— Проверьте труты и фитили! — проорал Коська уже от поваленного дерева, и сам сразу этим занялся. Трут погас. Пришлось лихорадочно стучать по кресалу и высекать искру, как всегда, когда спешишь, с первого раза не получилось, задымивший было трут погас. Выдохнув, Коська повторил мероприятия, на этот раз трут затлел и парню удалось подпалить фитиль.
— Нужно кремнёвый замок изобретать! — прокричал ручнице Касьян и наконец смог переключить внимание на дорогу.
Вовремя. Метрах в двухстах, на прямой в этом месте, дороге показались всадники.
Эти тоже выслали разведку, посмотреть, что там за телега на дороге торчит. От основной массы отделилось пять всадников и настёгивая коней с визгами и криками «ура» устремились вперёд. Кода до них оставалось метров пятнадцать кулеврина рыкнула, выпуская по ордынцам горсть нарубленных гвоздей. Почти в это же время бабахнул и Коська, он взял небольшое упреждение на скорость всадников и поднёс фитиль к затравочному отверстию. Даже подушечка на прикладе не сильно помогла, толчок в плечо получился ощутимый.
Когда дым рассеялся, то перед парнем предстала такая картина: четверо из пяти всадников валялись на дороге, и только один татарин всё ещё по недомыслию сидел в седле. Но пережил он своих родичей или товарищей ненадолго, всего на пять ударов сердца, с разных сторон в него прилетело три стрелы, и сердце перестало ударять о рёбра. Остановилось, пронзённое закалённым волшебным оранжевым огнём железом.
А вот основной отряд ордынцев ожиданий не оправдал. Коська совсем было решил, что они сейчас разделятся на две неравные части, большая поскачет мстить за смерть своих батыров, а парочка бросится за подмогой. Но нет. Все развернулись и помчались прочь.
— Будем надеяться за подмогой, — пробурчал Касьян и принялся перезаряжать пищаль, поглаживая время от времени плечо. — Как-то там компенсатор делали или дульный тормоз на противотанковых ружьях во время войны.
Событие пятьдесят седьмое
Поначалу Коська даже обрадовался. Ордынцы вернулись и товарищей с собой привели. Ну, это так Андрий, вернувшийся с разведки, сообщил. Примерно в полутора километрах от того места, где стояла телега с заряженной кулевриной, была большая лесная поляна с протекающим по ней ручейком. На её краю и ожидали татаровей Андрий с Поликарпом. Выстрелили в них из арбалетов и с гиканьем унеслись на север по дороге, а как и любой охотник, ордынцы за убегающей дичью погнались. И выскочили прямо на засаду. Собирались ребята долго, уже обед наступил и даже прошёл, время к вечеру. Партизаны уже второй день без горячего обеда, сухари пожевали с сыром и водой, мёдом подслащённой, запили. Завтрак пахаря в поле, только луковицы большой не хватает.
Скакали татаровья толпой. Насколько это дорога позволяла. Здесь, недалеко от города позволяла. Дорога хоть и шла через лес, но была широкая, две телеги точно разминутся. Потому, всадники валили человек по пять в ряд. И конца этой колонны видно не было. К их телеге с кулевриной дорога шла под уклон и, наблюдая как сверху спускаются всё новые и новые ряды степняков, Коська радоваться перестал. Много их. Точно больше сотни. Сотня это всего рядов двадцать, а тут конца нет.
На случай, что ворогов будет многовато, план есть, и план этот — драпать, но пока показывать спину никто не собирался. В перерыв этот порепетировали немного другой план. Не один Фрол со своим раненым плечом заряжал, а помогал ему возчик — ополченец. На десятый раз вполне споро уже получалось.
Бабах. Пушчонка с телеги отправила полную горсть железа ордынцам в подарок, когда ещё больше ста метров было до них, можно бы и раньше, но Коська побоялся, что напугаются степняки грохота и повернут назад, как тогда им из пищалей стрелять.