К концу недели перезвонил из Питера Игорь, хозяин серого перса Степана.
- Привет! Как твои дела?
- Привет! Да как-то так.... - Грустно в задумчивости сообщила я, не уточняя как именно, чтобы не расплакаться.
- Я в субботу утром приеду, если тебе это поможет, могу принести Степана, а вечером куда-нибудь сходим?
Игорь не приезжал уже несколько месяцев, и я уже совершенно отвыкла от перса Степана и того, что нужно было поддерживать общение с ними. А теперь и совсем погрузилась в себя после приезда из Питера и не желала ни с кем ничего обсуждать, ни говорить, ни слушать кого-то, ни тем более куда-то идти.
- Знаешь, кота бы я взяла на вечер, а вот куда-то сходить, извини, я болею. - Нисколечко не соврала я, ведь сердце было не на месте с того момента как Андрей объявил о необходимости расставания. - Приходи со Степаном в гости, посидим, попьем чая, а идти куда-то, у меня сил нет. - Честно добавила я.
- Договорились, я утром как приеду, тебе сразу позвоню, и договоримся во сколько.
- Хорошо, тогда пока. - Безучастно произнесла я.
- Пока. - Удивился Игорь моей замкнутостью, и я повесила трубку.
В субботу вечером он пришел со Степаном, предварительно созвонившись утром после приезда об удобном мне времени. Он держал торт в одной руке, и какого-то огромного пушистого зверя на второй. Игорь держал ладонью грудь зверя под передние лапы, туловище лежало на руке до локтя, все лапы и хвост были свешены вниз, зверю было явно неудобно из-за слишком маленького места для него как в длину, так и в ширину. Но он терпеливо ждал разрешения сменить позу на более комфортную и привычную ему.
- Это Степан? - С недоверием спросила я, беря в руки лохматого монстра с мехом сантиметров 8 не меньше и, посмотрев в кошачьи зрачки, подтвердила сама свои сомнения. - Он. Даже не узнала, как подрос, Игорь, проходи, раздевайся.
Игорь весь вечер рассказывал про свое обучение, впечатления от разных жизненных обстоятельств, событий и знакомств. Интересовался, как я планирую встречать день рождения и новый год, предлагая что-то запланировать совместно. Рассказывал о родителях и проказах Степана, тихо сидевшего у меня на коленях и певшего именно для меня сегодня такие невероятно-бархатные песни разукрашивая их разными оттенками то тихой, то громкой пушистости. Приятный серый мех слегка подрагивал от издаваемых им мелодий, и он довольный своим мастерством все выводил лучше и лучше.
Я видела все происходящее как будто со стороны, при этом не задетая ни одним словом, которые только проходили сквозь и мимо меня и ударялись где-то уже за моей спиной о стену. Игорь достаточно быстро увидел мою отстраненность и понял бесполезных расспросов, так как я объяснила все недомоганием. Скорее всего он понимал, что дело не в здоровье, а вернее оно уже причина того что произошло, но тактично молчал об этом и только пристально смотрел, думая, что я не вижу краем расфокусированного взгляда его наблюдений за мной.
Вечер был закончен, и со Степаном пришлось расстаться, он выскочил из моих рук и побежал к двери. Потряхивая при этом более длинным мехом на боках.
- Как знает, что домой пора. Он так же дается сушиться феном после ванны?
- Да, мама передавала тебе спасибо за это волшебное приручение к фену его. Только ты не побоялась маленький мокрый комок совмещать с шумным прибором, и почему-то он тебя послушался, а то мы его вообще боялись мыть. Знаешь, мне кажется, сейчас тебе нужна помощь. - Наконец-то нарушил свое молчание об увиденном во мне Игорь. - Думаю, ты даже о себе сейчас заботиться не можешь самостоятельно. Что произошло?
- Мы расстались с любимым человеком.... Вернее это он расстался со мной.... Ты извини, я сейчас говорить не могу про это, а то расплачусь....
- Хорошо. Я перезвоню тебе, как домой приду, поговорим? Ты давай поправляйся и на новый год и день рождение не исчезай никуда, пожалуйста, я специально приеду из Питера, а то ты тут совсем закиснешь. - Предложил Игорь. - Ага. - Отрешенно ответила я, даже не осознавая, что я пообещала или не пообещала и запланировала или не запланировала. - Пока Степан. - Помахала я коту, повисшему пузом на руке Игоря во всю длину до локтя, еле умещаясь там.
- Пока. - Ответил Игорь и хлопнул глазами тусклого золота Степан.
Дверь за ними захлопнулась, а я все повторяла и повторяла в своем диком шторме с защемленным сердцем "на чужом несчастье счастья не построишь" и надежды все тонули и тонули в глубине.
Ровно через две недели с начала шторма вечером около 8 раздался телефонный звонок и, ничего не подозревая, я сняла трубку.
- Здравствуйте! - Зажурчал все тот же бархатный голос, появившись, будто чеширский кот из Алисы в стране чудес из ниоткуда с улыбкой. - Ты готова стать хозяйкой серого персидского котенка?
У меня в голове завертелась картинка маленького Степана - пушистого комочка с хвостиком морковкой, каким я его принесла к себе домой первый раз, кажется совсем недавно. Наверное, думает оставить мне подарок в виде кота, купил похоже на птичьем рынке и, хочет, чтобы у меня как можно дольше оставалось напоминание о нем. Вот как можно дарить животных без предварительного согласия будущего хозяина? Куда я дену этого кота, когда поеду на сессию? Ответственность-то какая, он издевается, наверное, надо мной? А во мне тем временем уже начал успокаиваться бушевавший две недели шторм, но расти протест навязывания мне ответственности за беззащитное пушистое существо в образе маленького котенка почему-то именно серого цвета похожего на Степана в моих мыслях.
- Нет, я не готова стать хозяйкой.
- Почему?
- Я не могу взять на себя такую ответственность. - Обдуманно сказала я.
- Ты же написала "Андрей ты прав" с вопросительным знаком. - После непродолжительной паузы прозвучал голос Андрея.
- Ты ошибаешься там утверждение, а не вопрос. Там стоит многоточие и только потом вопросительны знак, вопрос он как бы во времени, оно нас рассудит. - Произнесла я, понимая, что его решения никогда не надо обсуждать. Если он прав, то прав, если не прав, то смотри первый пункт. В момент объяснения мне даже стало как-то неудобно, что я, поставив даже после многоточия вопросительный знак, как бы усомнилась в его правоте, которая абсолютна всегда и во всем для меня.
- Ты знаешь, последняя часть твоего стиха очень отличается по стилю от первой, почему?
- Потому что я увидела ее во сне и утром только добавила к тому, что писала вечером для тебя.
Как я рада была, что он позвонил, бархатные нотки его голоса ударили в мои виски и стучали мелодией счастья при каждом слове, разбудив во мне то чувство защищенности и штиля со знаком "примерно равно". Это и есть счастье, беспредельное счастье, которое кружило голову и не давало сосредоточиться на словах и их смысле. Мне было все равно, что он говорил о коте, о морозе за окном, о звездах, межпланетном пространстве или подводных глубинах, только бы говорил-говорил-говорил, и я не отдавала себе отчет, о чем говорила сама, да и это было не важно, абсолютно неважно для меня. Ведь это он на том конце, все остальное не имеет значения. Но все это было внутри и не проявлялось внешне, ведь я его похоронила две недели назад, безутешно рыдая все это время до его звонка, и я пока не верила, что он воскрес, совсем не верила.... Не верила своему случившемуся сегодня счастью....
Вдруг я услышала, как была снята трубка параллельного телефона. У меня второго аппарата не было, да и снимать его было некому, поэтому я поняла, что это со стороны Андрея кто-то слушал, и он произнес:
- Ты понимаешь, откуда я сейчас тебе звоню? Из дома. - Сам ответил на свой вопрос Андрей.
- Да, понимаю.... - Машинально ответила я, не соображая вообще ничего.
- Видишь, как нас хотят послушать. - Сказал он нарочито громко.
На том конце какая-то женщина, для кого-то в комнате уже кладя трубку что-то непонятное мне произнесла, обозначив свое присутствие.