В 1953 году во внешней разведке опять сменилось пять руководителей. Но этот раз, слава богу, с расстрелами не спешили. Затем в КГБ пришел Андропов, полный желания заниматься политикой. Будучи до этого секретарем ЦК, он отвечал за связи с коммунистическими и рабочими партиями. То есть привык заниматься политикой в чистом виде.
Между ЦРУ и КГБ постоянно происходили тайные переговоры, на которых достигались тайные договоренности. Поскольку ЦРУ всегда играло в свои игры, не обо всех договоренностях с верхушкой КГБ становилось известно руководству двух стран. Имена курьеров, обеспечивающих тайную связь, также оставались тайной. На слуху лишь одна фамилия — генерал Калугин.
И если в Соединенных Штатах еще были силы, способные пресечь интриги ЦРУ, то в СССР такой силы не было. Товарищ Андропов пользовался полным доверием Брежнева. Более того, подчас ощущалось явное влияние Андропова на линию партии, и тогда принимались решения, подготовленные с его подачи.
«Налаживание диалога» и «сотрудничество с Западом» выражалось в сдаче позиций КПСС. Линия партии гибко менялась, отступление шло медленно, но планомерно. И чем активнее Запад строил свое НАТО вместе с американскими военными базами по всему миру, чем громче советские лидеры говорили о разрядке и политике разоружения.
Сталинский монументализм в политике менялся хрущевскими пятиэтажками, многочисленными, но несолидными. Малый формат, так сказать. В этом смысле товарищ Брежнев шел по пути, проложенному Хрущевым. А Хрущев в свое время немало наломал дров. Достаточно вспомнить для начала, как он сдал Порт-Артур. Наша армия буквально бежала оттуда. Крохи удалось продать, остальное просто подарили Китаю. Здания, сооружения, вооружение и военные корабли достались вредным братьям на халяву.
Хрущев отказался от стратегически важного финского полуострова Порккалла-Удд. Хрущев вывел войска из Австрии, опять же методом бегства. Хотя поводов не было ни внешних, ни внутренних. Хрущев разгромил собственную армию. Буквально выгнал офицеров на улицу, а корабли и самолеты велел порезать. Резали много, включая новейшие образцы. Наконец, Хрущев вдрызг разругался с Китаем.
Что касается коммунистического движения, то здесь Хрущёв развернул беспрецедентное по своим масштабам финансирование и прочую поддержку режимов, которые объявлялись «дружественными». Понятно, что различные африканские и азиатские режимы охотно выражали «дружбу», чтобы получить помощь СССР в развитии экономики, инфраструктуры, науки, образования и культуры.
Однако будущие события показали, что в большинстве случаев огромные народные средства текли за рубеж зря. Так, Египту оказали помощь против агрессии Англии, Франции и Израиля, выделили огромный кредит в строительстве Асуанской ГЭС. Однако египетский президент Насер продолжал «гибкую» политику. Схожую картину можно было видеть и в Ираке.
Но еще раньше Хрущев уволил из руководства всех, кто ему мешал. Любая критика каралась изгнанием. В результате партийный аппарат обновился на 88 %. Однако что, собственно, произошло при замене Хрущева Брежневым? Страна продолжала строить «развитый социализм», в консерватории ничего не изменилось. Одного жирного кота заменили другим. Все осталось по-прежнему, только мыши еще более обнаглели. Странного мало, ведь Брежнев и при Хрущеве был близок к вершинам власти. Председатель Президиума Верховного Совета, секретарь ЦК, член Президиума ЦК. Именно на этом уровне вырабатывалась линия партии…
Генерал Ивашутин не стремился влезать в политику, однако к этому вынуждал товарищ Пельше. Он давал поручения и требовал выполнения. Поражала информированность руководителя Партийного контроля. Скорее всего, Пельше удалось найти выходы на личную разведку Сталина. После смерти Вождя она пропала, растворилась в неизвестности. И поиски к успеху не привели. Так, одни крохи. А Пельше удалось порушенные ниточки восстановить. Иных объяснений у генерала не было.
Величие Сталина заключалось в том, что Вождь понимал важность информации. И Сталин успешно практиковал параллельные каналы получения разведданных. Кроме госбезопасности, военной разведки и международного отдела ЦК, у него еще был аппарат Комитерна и торговые представительства СССР, где сидели верные люди. Собственная секретная служба не в счет, она обеспечивала взаимный контроль информации. Конкуренция среди спецслужб давала объективность и заставляла всех шустрить.