Кто ты такой? Как посмел явиться в мой дом и называть мою дочь своей?!
Пошел вон!
Рин, иди в комнату. Мы все решим.
— Рин? — Рай приоткрывает дверь моей спальной, куда я загналась под гул голосов в голове, и, увидев влажную пелену на глазах, стремительно подходит ко мне, забираясь на кровать. — Моя дорогая.
Сестра берет меня в охапку, как в детстве, и принимается успокаивающе гладить по длинным волосам.
— Т-с. Тихо, моя девочка. Никто не даст тебя в обиду.
— Зачем он здесь? — сипло выдаю я, зажмурившись. — Тебе же тоже неприятно. Как ты держишься?
— Держусь, стиснув зубы. Мы больше не одни и ему не удастся вновь терроризировать нашу психику.
— Тебя не удастся, а со мной у него одна кровь. Даже провались я сквозь землю, этот факт не стереть с лица земли.
Вибрация боли, что я ощущаю от безысходности, передается и Рай. Она целует меня в макушку, храня уютное молчание, чтобы я смогла переживать это состояние без лишних обсуждений.
Мне плохо. Лучше бы он умер и не объявился бы сейчас, переворачивая порядок моего внутреннего мира, чей фундамент и так шаток.
— Даже Салим не удержался…
Под шепот сестры, я поднимаю голову от ее груди и наши взгляды встречаются.
— Он избивал тебя в пьяном состоянии, разумеется, его появление служит красной тряпкой для Салима.
— Это ты сейчас как бы беспалевно провела параллель Салима с быком? — Рай усмехается, дабы разбавить обстановку, но я слишком взвинчена для этого. — Сестра, никому не нравится, что он здесь…
— «Не нравится» мягко сказано, — перебиваю я, а в душе бушует ураган. Я презираю его, хочу не видеть и разорвать одновременно.
— Да, — податливо соглашается Рай, возобновив пальцами игру с прядями моих волос, — но от реальности не спрятаться и не убежать.
— И что ты предлагаешь?
— Узнать причину его появления.
Ты же должна оберегать меня, а не толкать на неправильный путь?
Кажется, Рай прочитала вопрос, возгоревшийся в моих глазах, и поспешила пояснить свою позицию:
— Я предпочитаю смотреть правде в глаза, и ты тоже, — выделяет последние слова. — Он не оставит тебя в покое, пока не получит желаемое, а ты не найдешь баланс, если напрямую не узнаешь его подноготную. Я знаю твою натуру, ты привыкла разоблачать все то, что криво лежит.
Да, это так. Я ненавижу недомолвки и привыкла напрямую спрашивать, в чем дело. Поэтому мы с Акифом разошлись, он действовал за моей спиной, когда в лицо бросал намеки на ответные чувства.
— Рай?
— Да, сестра?
— Прости, что несправедливо относилась грубо к тебе, это все из-за…
— Знаю. И мне не за что прощать тебя. Это ты прости, что стала уделять тебе меньше заслуженного времени.
— Ты всегда уделяешь мне время. Всегда.
Мы с сестрой крепко обнимаемся и проводим так уютно несколько часов.
-4-
Я просыпаюсь под ночь, когда гости и Арман (мой парень) уже покинули нашу квартиру. Принимаю сидячее положение на податливом матрасе и пытаюсь привыкнуть к расслабляющей темноте, чьим единственным источником света служит луч уличных фонарей, проникаемый сквозь окно.
Задерживаю взгляд на окне и на ум приходит только одно имя. Акиф. Наш липовый новый сосед, гребанный сталкер. Интересно, он подглядывает за мной в данный момент? Пришел на мой день рождения без стыда и совести.
Как я успела заметить в воцарившемся хаосе – все Асхабовы явились ко мне на праздник. Только вот праздник не получился, и я не звала их.
Иногда ловлю себя на мысли, что я сука, но стоит вспомнить, как они все молчали, видя меня в роли влюбленной дурочки, так мой байкот оправдывается внутренним судейством.
Я лениво поднимаюсь с кровати, опускаю босые ноги в мягкие тапочки и плету на кухню. Рай не оказалось рядом к моменту моего пробуждения, но я уверена, что сестра провела со мной часы, успокаивая, и наблюдая, как я сплю. Как камень с души спал, стоило нам поговорить и мне попросить прощения за необоснованную грубость.