Я не успела насладиться присутствием моей маленькой Севинч, но, думаю она простит оплошность своей тети, учитывая потрясение, что я пережила сегодня.
Закрываю кран и подношу наполненный стакан холодной воды к губам. Протяжным глотком утоляю сухость во рту и заостряю взор на тумбу с горой подарков. Внутри превалирует естественное любопытство и я оставляю стакан на кухонном островке, держа направление к коробкам.
Родители подарили комплект Van Cleef, состоящий из подвески с кулоном в форме бабочки и браслета, который я сразу с удовольствием надеваю на шею и запястье, Дон с Ранией подарили билет на поездку в Токио, видимо, чтобы разбавить напряженность между мной и отцом на фоне последнего разговора, Аш подарил розовый вибратор, оставил записку с извинением и словами о том, что это прикол, и приложил другую коробочку с фотоаппаратом Canon, придурок недотраханный, я эти его шуточки-прибауточки донесу до папы и тогда он попляшет, Алик с Аминой приобрели браслетик Cartier Trinity с кольцом из желтого золота на веревке изумрудного оттенка, дары от четы Асхабовых я игнорирую, но держу в уме отсутствие имени Акифа среди подписей на открытках, Белла приложила дорогущее кружевное белье бордового оттенка с запиской о том, что в будущем я смогу порадовать этим Армана, острячка.
Заметно взбодрившись, я откладываю пакет от Беллы и собираюсь вернуться в спальную, как моя широкая улыбка моментально меркнет, стоит заметить маленькую ювелирную коробочку в углу тумбы. Она от Армана… Йылдыза.
Когда он успел подсунуть ее? О, Боже, мне и тревожно и интересно взглянуть. Второй подарок от него за всю мою недолгую жизнь, и очень дорогостоящий. Откуда у него деньги?
Все притворство, от скуки он вспомнил обо мне и решил сыграть в примерного отца. Я не стану вестись на провокацию, ведь, каждое его движение, каждое слово – кладезь ящика Пандоры. Арман явился, чтобы испортить мне жизнь, добавить ложку дегтя в океан моих доверительных отношений с Арсеном и Ирем, но у него ничего не получится. Я не позволю отобрать или загадить то, что дорого сердцу.
— Да будь ты проклят, — ругаюсь в пустоту я, отворачиваясь от уголка с подарками.
Недолго думая, я небрежно хватаю изделие Йылдыза, подхожу к входной двери и оставляю ювелирку в подъездном коридоре. Вот мой ответ ему!
Не успеваю закрыть дверь, как чья-то нога мешает это сделать. Акиф. Вспомнишь говно, вот и оно, как говорится. Черт, я даже не забываю его, чтобы вспоминать. Какая досада.
— Че надо? — нахмурившись, грублю я и не позволяю парню сдвинуться с порога. На его плече висит огромный… Тубус? — Ты даже ничего не подарил мне, ну и правильно. Видимо, догадывался, что любой твой подарок полетел бы в твою наглую рожу.
В ответ я получаю ехидный оскал, привычный ему с рождения. Да, я уверена, что когда Акиф Асхабов, шестой наследник богатой семейки, вылез на грешный свет – первое, что он сделал, так это едко ухмыльнулся.
— Вижу, как ты расстроилась, но я захотел вручить свой подарок лично и вот я здесь.
— Пошел в задницу.
— Только в твою, – Акиф заиграл густыми бровями, после этого я принимаю попытку захлопнуть дверь, но он останавливает меня, чуть оттолкнув и пройдя внутрь.
— Совсем возомнил себя дома? — меня распирает от негодования. Наглый, самовлюбленный, т-тупой. Нет, тупым его точно не назвать, тут я необъективно вспылила.
— Не порть сюрприз, лучше пойдем ко мне, там не будет лишних душ.
— Нет, — непоколебимо отрезаю я, воинственно скрестив руки на груди.
— Кстати, милая пижамка.
— Акиф.
Но он не слушает меня, снимая тубус с плеча и прокручивая крышку. Надо мной доминирует любопытство и я сдаюсь, оказавшись рядом.
— А что за коробку ты выкинула? Если подарок Армана, одобряю.
— От Армана, но не парня, а называемого отца.
— М.
— Что за «М»?
— Ничего, правильно сделала. — Достав длинный сверток, Асхабов принимается раскладывать его на кухонном островке. — Принеси что-то, чем можно поддеть углы, и включи подвесной светильник.
Не знаю, магия ли это манипуляции, но я поступаю так, как он велел. Уголки карты мы придерживаем при помощи столовых приборов. Я включаю светильник и все мое внимание устремляется на контуры, которые с трепетом обводили акриловыми красками несколько раз. Тут и названия есть.