— Ты откуда здесь? — спросил Аким.
Он осторожно довёл парня до места, где сидел прежде. Опустил его и помог облокотиться на стену. Парнишка сжимал губы и морщился от боли.
Сонах огляделся. Приметив острый камень, подхватил его и попытался разрезать камнем толстые верёвки на запястьях парня.
Тот болезненно вскрикнул и сморщился. Аким замер.
— Нож... на поясе нож, — прохрипел человек, громко закашлявшись.
Аким кивнул, нащупал нож и разрезал верёвки. Парень застонал, когда его руки безвольно упали по сторонам. Он сел ровнее и перевёл руки перед собой, кисти безвольно свисали.
Сонах нахмурился и начал растирать их, стараясь вернуть кровообращение. Парень мотал головой от боли и мычал.
— Прекрати, прекрати, — прошептал он.
— Как ты здесь оказался? — спросил Сонах. — Почему ты связан? Не нежить же тебя связала?
Парень издал хрип, реагируя на глупую шутку Акима.
— Как тебя з-зовут? — спросил он. Он придвинул руки перед собой и слабо покачивался. Его глаза закатывались, и было видно, что он усилием воли держал себя в сознании.
— Акимир, — ответил Сонах.
Парень сел ровнее, приоткрыл глаза, посмотрел на Акима и произнёс:
— Что за дурацкое имя для некроманта, — прошептал он.
— Можешь звать меня Мир, — по привычке произнёс Аким и немного погрустнел.
Он вдруг задумался: зачем он вообще просит людей так его звать? Какая разница? Так в детстве его звала мать. Но если его будут называть этим именем — это не воскресит её.
— Литиан, — произнёс парень.
Аким посмотрел на него. Имя показалось знакомым, но он лишь передёрнул плечами — имена повторялись, это было не редкостью. Он всмотрелся в его лицо: ярко-рыжие волосы с красноватым оттенком, бледная кожа.
Сонах начал ходить, осматриваясь и размышляя, как они могли бы забраться наверх. Он осторожно наклонился и начал прощупывать особенно крупные очертания, что выделялись в тени. Нашел несколько тяжёлых могильных плит. После чего подхватил за края, и переворачивая начал двигать их к месту под люком.
Литиан наблюдал за ним.
— Что ты делаешь?
Аким не ответил. Он подхватил нож Литиана, вонзил его в трещину и посмотрел на парня. Он мог бы попытаться затащить его себе на спину.
Догадавшись, о чём думал Аким, Литиан рассмеялся и покачал головой.
— Этот нож и твоего веса-то не выдержит, — он приподнял руку и весьма манерным движением махнул в сторону. — Но будь моим гостем. Я буду ждать здесь.
— Я попробую выбраться и привести помощь, — кивнул ему в ответ Аким.
Он закинул ногу на нож, пытаясь быстро оттолкнуться и зацепиться руками за край отверстия, но стоило ему перенести вес на нож, как тот проскользил по трещине, переворачиваясь. Сонах не успел зацепиться за край входа.
Упав и больно ударившись о могильные плиты, Сонах почувствовал, как шею охватила знакомая боль — та самая, которую он ощущал, когда держал в руках Калабхити. Вслед за этим он услышал её голос. Он скривился и зажал уши ладонями, ведь её даже не было рядом.
Голос продолжал звучать, заглушая слова Литиана. Казалось, прошла вечность, прежде чем Аким поддался зову и смог разобрать её слова. Она говорила о сестре.
Некромант поднял руку, размышляя. Раньше он уже призывал меч — возможно, смог бы сделать это вновь. С Калабхити он мог бы разрушить стену. Вот только как это поможет выбраться?
Нет. Аким опустил руку. Он не был готов вновь ощутить её силу. У него не хватало воли, чтобы сопротивляться мечу. И молодой Сонах был готов это признать. Он не был своим отцом.
Сонах сел, протирая лицо. В голове, вместе с голосом Калабхити, прозвучали нотки голоса Рин. И Аким на мгновение прикрыл глаза, осознавая, что Рин полностью подключилась к его энергии. Он даже не знал, что это было возможно, но он ощущал, что она держала в руках Калабхити и пользовалась его силой.
«Аким. Где ты?» — донёсся в его голове отголосок её голоса.
— Кладбище... склеп... — прошептал Сонах, не зная, слышит ли она его.
Литиан сел ровнее, его взгляд сконцентрировался на шее Сонаха.
— У тебя тату горят светом.
— Я знаю, — отозвался Аким. Он поднялся и опустился на морозный пол рядом с юношей.
— Не пойдёшь за помощью? — Литиан чуть повернул голову и посмотрел на него.
— Надеюсь, что помощь уже идёт, — тихим голосом ответил Аким. Он поднял глаза к потолку и мрачно усмехнулся. — Я сделал, что мог.
Как же он жалок, — думал Аким. Ждал помощи от сестры. Это он должен был защищать её. А в итоге… даже о себе позаботиться не смог.