— Ты был в сражении? — Литиан посмотрел на него с интересом.
Он уже сидел чуть увереннее и мог немного шевелить руками. Аким слабо кивнул.
— Наверное, это здорово, — прошептал парень, слабо улыбаясь и глядя перед собой. — Не зависеть от приказов, отдаться сражению и эмоциям.
Аким вдруг захохотал, немного истеричнее, чем хотел.
— Ты, похоже, совсем не осознаёшь, что такое сражения, если думаешь, что это мы не зависим от приказов.
— Это другие приказы, — покачал головой Литиан. Он поднял руку: на большом пальце сверкало массивное кольцо с зелёным камнем. Несколько секунд он молча смотрел на него, прежде чем продолжить:
— Эти приказы во благо. Когда все просто пытаются выжить. Все некроманты Ордена — герои.
Он опустил руку и повернулся к Акиму.
Сонах только тогда как следует рассмотрел его лицо. На вид ему от силы было двадцать. Аким покачал головой: тот совсем не понимал, о чём говорит.
— Поверь мне, — проговорил Литиан вполголоса, — Лучше оказаться на поле боя, чем жить среди тех, кто видит в тебе врага. Где любое твое движение может вызвать подозрение.
Он ударил рукой по полу. Аким приподнял брови. Литиан сам себе улыбался и мрачно посмеивался. Казалось, его истеричное состояние резонировало с состоянием Акима.
— Но как бы ты себя ни вёл, насколько бы «неопасным» ни пытался казаться... Всё твоё существование уже считается угрозой. И тебя хотят убить… просто потому, что ты есть. Потому что ты родился вторым…
Литиан опустил голову и покачал ею.
— Не слушай меня. Я брежу, — произнёс он.
Аким, нахмурившись, смотрел на него. В голову начали лезть догадки: зелёный камень… Камень дома Тарух. Правящей семьи… Нет. Он мотнул головой, отгоняя глупые мысли. Откуда бы здесь взяться человеку из королевской семьи?
Литиан сидел с опущенной головой, и Акимир вдруг почувствовал желание поделиться своей историей.
— Когда я был ребёнком, я грезил идеей стать некромантом. Всегда думал, что стану героем и моё имя затмит имя отца. Что когда кто-то произнесёт «Сонах», будут говорить обо мне, — он говорил как на духу, не замечая, что Литиан смотрит на него. — Я не понимал и злился. Не понимал, почему отец не обучал меня. Он даже учил мою сестру, защищаться, но не меня. А потом он умер…
Аким замолчал, глядя перед собой. В груди сдавило тяжелым грузом, мешая сделать вдох.
— Я унаследовал его клинок.
Он широко улыбнулся и рассмеялся.
— Какой же я был идиот. Мечтал о героизме, думал, как круто быть тем, на кого смотрят с восхищением. А стал марионеткой у меч... — Аким осекся и поспешно продолжил говорить другую мысль, — И теперь даже уйти не могу… не прослыв предателем и дезертиром.
Он замолчал, делая судорожный вдох. Больше всего он ненавидел себя за слабость — за то, что хотел разрыдаться. Аким сжал руки в кулаки. Он опустил взгляд, замечая пристальный взгляд на себе. Повернул голову — Литиан смотрел на него более живым взглядом.
— И ты наконец понял его?
— Кого? — спросил Аким, нахмурясь.
— Мне все говорят, что придёт момент, и я начну понимать своего отца. Ты наконец понял, почему он запрещал тебе быть некромантом?
Аким помотал головой.
— Ну… я больше не злюсь на него… теперь… я откровенно ненавижу его, — прошептал он. — Всем своим сердцем.
Аким замолчал. В груди стоял ком. Ему одновременно стало и легче, когда он сказал эти слова, и страшнее.
— Смешно, — произнёс Литиан. — Мне кажется, пройдёт время, а я так и не смогу понять своего отца. Он разрушил моего брата и теперь боится, что тот займёт его место и уничтожит всё, что построил наш дед. Отчасти, Мир, я понимаю тебя.
Аким молчал, опустив голову. Он уже жалел, что сказал эти слова об отце.
Поднял голову. Он чувствовал, что Калабхити была близко. Но трусливо отказывался на неё реагировать.
— Аким! — до него донёсся голос Рин.
Литиан напрягся. Аким подорвался на ноги и бросил ему:
— Моя сестра. — Он подошёл к отверстию в потолке и крикнул: — Здесь! Рин!
Глава 1.5 Спасение
В следующее мгновение он увидел взволнованное лицо младшей сестры, выглядывающей в люк. Дарка.
— Аким, — выдохнула она, втянула воздух носом и смахнула слёзы. — Я знала, что мы найдём тебя.
Она почти высунулась к нему вперёд, и, испугавшись, что она упадёт вниз, он забрался на бетонные панели, выставляя руки вверх. В отверстие выглянул Мяун, удерживая Дарку, не давая ей упасть.
— Вытаскивайте его, — раздался раздражённый голос Рин со стороны.
Мяун обернул голову и, слабо улыбнувшись, попросил Дарку отойти. Сам протянул руку Акиму.