— Есть такое дело, — ответил дед.
— Угостите, пожалуйста, — попросил врач.
Дед вытащил табакерку и подал врачу. Тот взял понюшку растёртого в пыль табака, снова наклонился к мертвецу и поднёс понюшку к его носу. Все с удивлением наблюдали. Через минуту на лице рулевого едва заметно задрожали мускулы, оно стало морщиться. Из-под одного закрытого века выкатилась слеза. Мертвец плакал, а через две секунды так громко чихнул, что вокруг раскатился громовый хохот. Только дед Махтей серьезно сказал:
— На здоровье! — и лукаво покосился на врача.
Тот смеялся вместе со всеми. Марк понял поведение Андрея, принялся трясти его и кричать:
— Андрей, Андрей, тут все свои, пиратов нет! Честное слово, нет!
Камбала наконец открыл глаза.
13. ПЯТНА НА ВОДЕ
Вокруг стоял такой хохот, что Андрей в первую минуту готов был поверить, что все случившееся — просто страшный сон. Он даже ждал, что вот сейчас к нему подойдёт шкипер и начнет стыдить за недостойное поведение. Но заметив разбитую дверь рубки, сломанную мачту, военный корабль и не видя Стаха Очерета, Андрей нахмурился.
— А где шкипер? — спросил он.
— На корабле, в лазарете, — ответил юнга.
— Так где же твоя смертельная рана? — допытывался, улыбаясь, дед Махтей.
Андрей Камбала взялся за ухо — оно было продырявлено.
— Когда-то моряки серьги носили, вот и ты теперь будешь носить, — смеялся дед.
Над Андреем много смеялись, но нетерпеливо ждали, что он расскажет. Рулевой честно признался, что, услышав выстрелы и почувствовав ожог за ухом, он упал, уверенный, что умирает. Но, услышав приказ Анча, понял, что до смерти ему еще далеко, и решил пока прикинуться потерявшим сознание. Он все время боялся очутиться за бортом и очень обрадовался, когда Марк приволок его в рубку. Там он осмотрелся и увидел, что кроме него и раненого шкипера никого нет. Дверь была прикрыта. Тогда он решил запереться так, чтобы до него не добрались, надеясь, что пираты скоро оставят шхуну. Зная крепость двери и стен рубки, Камбала собирался за ними отсидеться. Он осторожно вытащил маленький засов и заложил в скобы толстый железный лом. Потом задраил железной заслонкой иллюминатор. Иногда он зажигал найденный в ящике огарок свечи. Когда в рубку начинали стучать, его охватывал ужас, когда же никто не стучал, он ухаживал за Стахом.
Заботливый уход за шкипером послужил в глазах рыбаков смягчающим обстоятельством, и они (в который уже раз!) простили Андрею его трусость.
Он скрутил цигарку и сразу повеселел, когда врач сказал, что шкипер будет жить благодаря его, Камбалы, заботе.
Тем временем командир «Буревестника» решил, что задача выполнена. Нужно было возвращаться. Чтобы скорее доставить рыбаков на Лебединый остров, Трофимов приказал взять шхуну на буксир. Марк попросил командира отправить «Разведчик рыбы» на маяк и известить отца о спасении сына. Мать и дед присоединились к его просьбе.
«Разведчик рыбы» немедленно вылетел на Лебединый остров с заданием совершить первую посадку у маяка.
К командиру эсминца привели Анча. На вопросы, кто он такой, откуда и зачем напал на шхуну, шпион решительно отказывался отвечать. Он просто молчал, будто обращались не к нему.
— Будем считать, что он с перепугу онемел, — сказал Трофимов. — Это бывает, но скоро проходит.
Шпиона вывели.
Командир приказал отправить радиограмму с запросом, куда доставить арестованного.
Марк и Яся, погружённые в грустные мысли, медленно прохаживались по палубе корабля. Команда «Буревестника» уверяла, что лодку утопили. Это подтверждало также бегство шпиона и командира-пирата. Может быть, только они двое и спаслись. А если даже и спасся кто-нибудь ещё, то уж наверняка не Люда…
Эсминец быстро шел на север, таща за собой «Колумб», на палубе которого сидели два краснофлотца. Вся команда шхуны перешла на «Буревестник». Склонившись над бортом, Марк задумчиво смотрел на море. Он думал о Люде. Хотелось проникнуть взглядом сквозь толщу воды, осмотреть морское дно, найти обломки подводного корабля и среди них милую его сердцу девушку. Хотя бы узнать, где ее последнее пристанище!
На плечо Марка легла маленькая рука. Он поднял голову — Яся показывала ему на море, под борт эсминца. Корабль стал замедлять ход. Вокруг него на поверхности воды плавали жирные блестящие пятна, словно кто-то разлил нефть. На командном мостике заинтересовались этим явлением, и «Буревестник» закружил над этим местом. Казалось, какой-то танкер выкачал здесь нефть из своих трюмов.