А пока юнга и Яся должны были терпеливо ждать, тока не услышат, как загудит мотор. Капитанский мостик находился низко над водой, но всё же оставался самой высокой надстройкой на пароходе. Марк предложил посидеть, устроившись на широком планшире фальшборта. Так они сидели минут десять, обсуждая события последних полутора суток.
— Ну, теперь, когда узнают от нас о подводной лодке, её быстро найдут, — уверенно сказал Марк.
— И спасут Люду? — спросила Яся.
— Несомненно. Ну, держитесь, пираты. Мы ещё с вами расправимся! — сказал юноша с ненавистью.
Посидев на планшире, решили осмотреть штурманскую рубку и каюту капитана. С помощью спичек надеялись найти фонарь, керосиновую лампу или свечу. Юнга уверял девочку, что у капитана обязательно должен найтись электрический фонарик, если он не забрал его во время бегства отсюда. И они стали искать. Надо сказать, они теперь совсем не боялись, что пароход быстро утонет. За несколько часов пребывания там Марк не заметил никаких признаков дальнейшего погружения судна. Юнга даже сказал Ясе, что этот пароход, возможно, удастся прибуксировать в бухту Лебединого острова и там выгрузить нужные профессору Ананьеву машины.
В штурманской рубке ничего интересного Марк не увидел, не нашлось там также ни фонаря, ни свечи. В маленьком ящике щёлкал хронометр, под пальцами шелестели карты и листы лоций и астрономических таблиц.
Выйдя из рубки, пошли на так называемый капитанский мостик, где обычно располагается каюта капитана. Дверь в капитанскую каюту обнаружили закрытой, а не открытой настежь, как в штурманской рубке, это свидетельствовало в пользу капитана «Антопулоса». Должно быть, он оставил корабль без такой уж сильной паники. Марк и Яся зашли в каюту и очутились в совершенной темноте. Парень чиркнул спичкой и осветил маленькую уютную комнату с двумя дверьми, кроме той, через которую они вошли. Каюта состояла из двух, а может быть, трёх комнаток. На столе в первой лежало несколько журналов. Марк порвал один из них и наделал из клочков бумаги несколько факелов, которые сгорали быстро, но всё-таки сохраняли спички. Электрический фонарь они и правда нашли в соседней комнате, где стояла кровать. Помня недавнее приключение с аккумуляторами в самолёте, Марк решил экономить батарейку и, удостоверившись, что фонарь исправен, погасил его, продолжая жечь бумагу. Их не интересовал капитанский гардероб, а из инструментов, кроме ножа, ножниц и секстанта, не нашли ничего. Заинтересовавшись второй дверью, Яся толкнула её, а Марк сунул в отверстие клок горящей бумаги. За дверью пролегала маленькая площадка, с которой шёл вниз трап, соединяющий каюту с внутренними помещениями парохода. Протянув руку вперёд и подняв вверх факел, Марк наклонился через плечо Яси, заглядывающей вниз. Оба одновременно заметили там блестящие глаза и едва освещённую их факелом большую страшную морду никогда не виданного ими зверя. Свирепую морду обрамляла лохматая шерсть. Зверь смотрел на них немигающими глазами. Возможно, его ослепил свет и даже испугал; несколько секунд зверь совершенно не двигался, и также неподвижно и испуганно смотрели на него люди, но вот он раскрыл пасть и, едва выставив клыки, зарычал: «Фуфф-ва…» После этого послышалось новое урчание. Он был не один. Парень и девочка отскочили назад, быстро закрыв за собой дверь. Одновременно услышали за дверью падение тяжёлого тела — это зверь прыгнул на трап.
— Лев! — крикнул Марк, выбегая вслед за Ясей из каюты и поворачивая за собой ручку двери.
Они пробежали по шлюпдеку в направлении кормы. На капитанский мостик не рисковали подниматься, опасаясь, что лев может туда забраться, когда вырвется из каюты. Ближе к корме шло несколько дверей, очевидно, ведших в камбуз и кают-компанию, но на самом краю высилась радиорубка. Пробегая мимо кают-компании, юнга поднёс к окошку электрический фонарь и увидел, что на диване разлёгся во весь рост зверь. Напуганный светом, хищник поднял голову и внимательно смотрел в окошко. Этот зверь был не таким большим, как лев, и не имел гривы, но тоже принадлежал к хищникам семейства кошачьих. Наверное, в панике кто-то открыл дверь в помещение со зверями, и они разбрелись по пароходу. Схватив Ясю за руку, Марк вихрем помчался к радиорубке. Оставалась одна надежда — спрятаться там. К счастью, там зверей не было. Она поднималась над палубой вровень с капитанской каютой, дверь её была крепкой, и там юнга и девочка почувствовали себя в относительной безопасности. Сквозь окошко радиорубки виднелись огоньки «Разведчика рыбы», которые то появлялись, то исчезали.