Две минуты спустя Трофимов стоял наверху. Он приказал сменить курс на запеленгованную радистами рацию, а вахтенным — быть готовым к боевой тревоге. Слушатели на гидрофонах усилили наблюдение. Были вызваны на боевые места часть артиллеристов, пулемётчиков и торпедистов.
Командир «Буревестника» полагал, что эта радиограмма — провокация. Но кому нужно было провоцировать и с какой целью? Этого он не знал и приготовился к какой угодно неожиданности. Возможно, в этом заинтересована та самая таинственная лодка, в существовании которой Семён Иванович почти полностью удостоверился.
Зазвонил телефон. Радист сообщил, что сигнал «SOS» слышали несколько радиостанций, но никто не уловил ни позывных, ни указания о местонахождении «Антопулоса». Одна из береговых радиостанций тоже запеленговала рацию, подающую сигналы тревоги. Радист передал результаты пеленгования. Имея в наличии два пеленга, уже возможно приблизительно определить место этой рации. Вахтенный штурман тут же сделал это. Рация находилась приблизительно на расстоянии в пятнадцать — двадцать миль от эсминца, с возможной поправкой по горизонтали на полторы-две мили.
— Дайте приказ в радиорубку сохранять абсолютное молчание, — распорядился командир.
Обстановка требовала не подавать с корабля по радио ни единого звука, чтобы не обнаружить себя. Иначе с помощью радиопеленгаторов враг мог быстро определить, где находится корабль, уловив лишь несколько звуков и подметив два-три пеленга.
Ни единого огонька не светилось на миноносце, хотя он мчался полным ходом.
Через пять минут вахтенный доложил, что на шумопеленгаторе уловили что-то похожее на звук выстрела из лёгкой пушки. Выстрел прозвучал по курсу корабля.
— Дайте боевую тревогу! — распорядился командир.
Палец жмёт на кнопку — и по всем помещениям эсминца раздаётся резкий звонок. Будто подброшенные на пружинах, слетели с подвесных коек краснофлотцы. За минуту опустели кубрики и каюты. Каждый стоял на своём месте, готовый слушать приказы командиров. Задраивались люки, слетали чехлы с пушек, пулемётов и торпедных аппаратов. Торпедисты, артиллеристы и пулемётчики стояли в готовности послать врагу свои смертоносные гостинцы. При свете звёзд блестели положенные на тумбу рейки для торпед, в трюмах лежали готовые для механической подачи наверх снаряды, в машине стрелки манометров подтверждали, что котлы доверху полны пара. Весь корабль, напряжённый, как человек, готовый к боевому прыжку, разрезал темноту и море, и только звёзды освещали ему путь.
Но вот на горизонте появился ещё один свет. Там вспыхнул огонёк и не гас, а, наоборот, разгорался. Должно быть, огонёк превращался в пожар, потому что над морем росло зарево.
— Товарищ командир, разрешите доложить. На море по нашему курсу горит судно, — сказал вахтенный, который хотя и видел, что командир смотрит в ту сторону, считал нужным доложить ему.
— Дайте распоряжение подготовить помпы, огнетушители и шлюпки для спуска на помощь утопающим, — ответил Трофимов.
Возле командира неподвижно застыл комиссар. За бортами эсминца шипела чёрная вода, а прямо перед ним вырастало плавучее пламя.
— Гидрофоны слышат подводную лодку, — прозвучал голос вахтенного.
26. ПОЖАР
Маленькая шлюпка с пятью пиратами обошла вокруг полузатопленного парохода и причалила к шлюпдеку, откуда трап вёл на нижний капитанский мостик. Трое, в том числе помощник Анча, поднялись на пароход, а двое отвели шлюпку на несколько метров от него, чтобы лучше следить за действиями своих товарищей.
В радиорубке под крышей было небольшое отверстие. Сквозь это отверстие Марк и Яся могли следить за пиратами с того момента, как они приблизились к пароходу. Они видели, как все трое поднялись на капитанский мостик и остановились перед штурманской рубкой. Двое вошли в неё, а один остался у двери. В окошке рубки зажёгся свет. Пираты, наверное, искали бумаги, которые могли бы их заинтересовать. Вскоре один из них вышел, что-то сказал и исчез за рубкой. Потом свет в окошке погас, и вышел второй. Он что-то держал в руках. Должно быть, нашёл всё-таки для себя что-то нужное. После этого они полезли к бортовым фонарям, наверное, как догадывался Марк, чтобы их погасить. Яся в это время высматривала в иллюминатор, не виден ли за бортом «Разведчик рыбы», но ничего в море не заметила. Когда она шёпотом сказала об этом Марку, тот ответил, что, возможно, лётчиков с лодки не заметили, а «Разведчик рыбы» маскируется, и у него есть возможность спастись.