Внутри у меня все оборвалось, сердце болезненно сжалось. Воображение услужливо нарисовало мрачную картину случившегося: Пух увидел павианов и погнался за ними, не заметив в пылу преследования, как выскочил на открытое пространство. Здесь его и подстерег лев, рев которого мы слышали предыдущей ночью.
Тина спрыгнула с дерева и побежала вверх по склону, потом остановилась, взглянула на меня и торопливо пустилась дальше. Я поняла, что должна идти за ней. Взобравшись наверх, Тина оказалась на краю огромной котловины, круто обрывавшейся вниз. Почти бегом спустившись с отвесного склона, Тина исчезла в высокой траве. Я изо всех сил старалась угнаться за ней, но быстро потеряла ее из виду. Уильям бежал за мной. Мы продирались сквозь траву, позабыв об осторожности. Нашли чьи-то тропы, места для водопоя, потом цепочку следов шимпанзе, но они были слишком большие — их могла оставить Тина, но не Пух. Я снова и снова звала Пуха. Грудь моя разрывалась от бега, горло саднило от крика, но все это не шло ни в какое сравнение с теми мучениями, которые мне доставляли мысли о Пухе. Я уже почти не сомневалась, что он мертв и я никогда больше его не увижу.
Прошло немало времени, прежде чем я вскарабкалась по крутому склону. Ноги мои дрожали, одежда взмокла от пота. В глубине души я цеплялась за последнюю надежду, уговаривая себя, что Пуха мог найти Джулиан, пока я занималась розысками в котловине. Выбравшись на край плато, я огляделась по сторонам и увидела Джулиана, который, понурившись, один возвращался в лагерь. Поиски длились уже больше трех часов. Отчаявшись, я с трудом добралась до той самой вишни, где раньше сидела Тина. Уильям все время плелся сзади, но при виде спасительной тени ускорил шаг и обогнал меня. Он уселся под деревом, положив руку на камень и устремив взор в сторону плато. Солнце освещало его лицо, отражаясь в мельчайших капельках пота, отчего казалось, будто его кожа расцвечена крошечными огоньками. Он выглядел разгоряченным и уставшим, но спокойным.
Я поискала на земле следы крови. В голове, гудевшей от боли и усталости, снова и снова звучал испуганный голос Пуха, его отчаянный крик о помощи, который нарушил сонную тишину выжженного плато и слишком поздно достиг моих ушей. Неподалеку раздался рев льва, перешедший в глухие кашляющие звуки. Уильям дотронулся до моей ноги. Он протягивал мне сухой листик. Я не сразу взяла этот дар, и Уильям подбросил его, но он упал на землю, не долетев до меня. Уильям снова поднял и разорвал его.
Уильям, конечно же, Уильям. Из всех моих надежд, планов и успехов уцелел один Уильям. Мне и раньше приходилось терпеть неудачи. Но Пух должен быть последней потерей. Я отвезу Уильяма домой, где за ним будут как следует присматривать. Юла и Камерон проведут остаток жизни в полной безопасности, не выходя из заточения. Больше всего на свете мне хотелось умереть, чтобы никогда больше не чувствовать своей вины, не сгибаться под тяжелым бременем ответственности за жизнь дорогих мне существ.
Уильям не мог понять причины моих непроизвольных рыданий, но, судя по всему, жалел меня. Он протягивал мне небольшие камушки, веточки и даже похлопал меня по спине, используя тот же способ, с помощью которого я нередко подбадривала его и Пуха. Потом он поднялся и зашагал к лагерю. Я, почти ничего не видя из-за слез, побрела за ним. Когда я упала, споткнувшись о камень, Уильям остановился и подождал, пока я встану, и лишь после этого зашагал дальше.
На горизонте показалась фигура Джулиана. Он приветственно махал мне рукой. Я вытерла слезы краем рубашки и пригляделась: Джулиан что-то нес в руках! Внезапно вспыхнувшая надежда лишила меня последних сил: сердце готово было выпрыгнуть из груди, в висках бешено застучало. Я поднесла к глазам бинокль: Пух сидел на плече у Джулиана и наблюдал, как мы с Уильямом пересекаем плато. Я побежала, упала, поднялась, побежала вновь. Когда я была уже близко, Джулиан опустил Пуха на землю, и тот бросился навстречу. Было поистине чудом снова обнять Пуха, увидеть его сморщенное, гномоподобное личико. Я бегло осмотрела Пуха. За исключением свежей царапины на бедре, на теле не было никаких ран или повреждений.