- Привет, Долгожданная, - ответил я на невинное девичье обнимание. Три кандзи её имени можно было по-разному прочесть.
Спокойно стерпел кучу вываленных на меня восторгов и вопросов. Имея громадный потенциал, девчонка за несколько лет достигла шикая. Хотя её личность надолго и накрепко застряла в детстве, Кенсей-тайчо присвоил ей звание и положение своего первого лейтенанта – второго офицера в девятой дивизии, куда в основном поступали пытливые бойцы, любившие читать и развивать свой ум. Как всякий ребёнок, Куна Маширо обладала изрядным любопытством, щедро сдобренным рассеянностью внимания.
- А ты стал таким стройным, Хачи-одзи! А меня Хиёри постоянно третирует и ненавидит, что я могу маску по пятнадцать часов держать, во! А вчера к нам Тессай-сан приходил и о тебе не сообщил! А как ты так уменьшился? Это так здорово! А можешь стать ещё меньше? Я люблю пупсов. А Лизка-подлизка мне очки сломала, дура озабоченная! А почему ты так долго боролся со своим Пустым? Даже Хьёшка всего за шестьдесят девять минут и две секунды справилась и прямо вся выходит из себя из-за этого. А ты ведь за целых три года не выйдешь из себя, правда, Хачи-одзи? Я по тебе так скучала, хнык… Уи-и-и…
Раньше мы с ней виделись примерно пару раз в месяц – каждому вполне хватало.
- Ну-ну, Маширо, успокойся. А хочешь, я сделаю тебе средство от злобы Хиёри?
- Правда? – На меня поднялись большие ореховые глаза, доверчивые и наивные. Раньше бы предложил подобное без задней мысли, а теперь выучка шиноби берёт своё.
- Должно помочь, - авторитетно заявил я, ласково погладив травянисто-зелёные волосы худосочной девчушки. – Потерпи минутку.
Отстранившись, я сосредоточенно растёр ладони, создавая между ними маленький листочек на манер индикаторной бумаги чакры из дерева, питающегося чакрой. Не разнимая рук, нанёс вязь символов печати «Фуджа Хоин». Запечатывание зла сильнее и надёжнее, когда завязано на кровь и ставится непосредственно на тело, однако задача стояла в приручении рейрёку внутреннего Пустого вместо полного подавления его личности. Потому одноразовая бумажка в самый раз. Но эту комбинацию фуиндзюцу и магии ещё предстояло протестировать и усовершенствовать для налобного использования под «забралом» с целью продления его контроля.
На момент пустофикации детская личность Маширо не знала больших потерь, потому и маску Пустого она смогла держать впечатляющие пятнадцать часов подряд, и сейчас не различила действия моей печати, приклеенной на рукав её облегающего спортивного костюмчика, удобного для махания ногами – основного боевого стиля девочки. Испортив первый листок при отцеплении, с остальным десятком она стала обращаться бережно. Маширо мой подарок умудрилась спрятать в своей одежде да так, чтобы ловко выхватывать и внезапно налеплять: одна «украсила» мне живот, а двумя листиками смешливая девица оклеила попу. Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало. В наказание на непотребство я эти две штуки не вернул Маширо, а с живота переклеил ей на лоб, запретив снимать до того, как она покажет мне свою маску муравья на тренировочном полигоне под складом. Так зеленовласка с задумчиво надувшимся личиком и проводила меня к шести остальным вайзардам.
По пути я отметил простые и эффективные - ходоки. Сперва через телесную нагрузку вытягивается реяцу - тестируется выносливость и объёмы резервов. Затем после отдыха все накопления возвращаются обратно – вновь выносливость и объёмы, но на сей раз операбельные и максимально доступные. Подспудно идёт поступательное развитие упомянутых характеристик. Имелись и другие тренажёры, например, на измерение и увеличение единовременно высвобождаемой реяцу, что важно для кидо. Всё это уже целые месяцы не использовалось, простаивая.
Тренирующиеся души живо напомнили мне о годах учёбы. Они все были одеты в относительно дешёвую и легкодоступную форму Академии Духовных Искусств, отличающуюся особой носкостью, крепкостью и устойчивостью к рейрёку абитуриентов. Собственно, финальная стадия тренировки заключалась в том, что кто-то один надевает маску, а остальные кружат вокруг него, подначивая и не давая никого серьёзно поранить в случае срыва. Пока выдохшийся переводил дух, карусель вертелась дальше. Это весьма эффективный и скоростной метод овладения новыми силами, но очень изнурительный и опасный.