К вечеру в списке вероятной клиентуры осталось всего пара имён, удовлетворяющих всем критериям, главные из которых – богатство и старость. Я решил начать с первого номера. Нефтяной магнат, филантроп, верующий – Рокфеллер, Джон Дэвисон. Основатель Рокфеллеровского института медицинских исследований, расположенного между 63-й и 68-й улицами вдоль Йорк-авеню на Манхэттене. Пара пустяков было узнать о запланированном на завтра визите мецената и основателя института. Я не стал торопиться с сегодняшним визитом, решив не пороть горячку и хорошенько всё обдумать – время пока терпит. Когда вернулись теневые клоны, стало понятно – верно обождал.
На ночь я остановился передохнуть в лучшем отеле на Пятой Авеню – Уолдорф-Астория. Выбрал одноместный номер-люкс бизнес-класса в германском стиле с кабинетом и приёмной. Устроившись за столом, неторопливо надругался над парой купленных фолиантов. Превратив книги в секретные шкатулки, в опус Дарвина о происхождении видов с комментариями маститых учёных и множеством приложений я вложил свои произведения искусства из слоновой кости - за подобные выручил очень крупные денежные средства. Только вместо инкрустации в глазницы и лбы сверкающих алмазов идеальной круглой огранки на пятьдесят семь граней я поштучно изготовил глазные яблоки из лично добытого янтаря, внутри которого довольно долго размещал обсидиановую иголку-зрачок – для фигурок чисто белых котов. За исключением цвета - один в один форма кота Ёруйчи. А в бывший справочник по венерическим заболеваниям я аккуратно сложил статуэтки из розоватой слоновой кости – детальные фигурки обнажённой Ёруйчи в откровенно соблазнительных позах, возбуждающих с первого взгляда. Для Тессая в качестве презента я не поленился сгонять в Индию за свежайшим элитным чаем Дарджилинг в аутентичной упаковке. В обычную для Лондона почтовую коробку для крупногабаритных посылок я сложил пачки купюр и векселей на внушительную сумму в девяносто тысяч долларов. Ещё оплатил почтовый ящик, куда сложил антикварный сундук с десятью тысячами золотых монет. Эта круглая сумма в бумаге и металле с учётом конвертации через иены в каны должна покрыть мой долг перед Урахарой. Всю стопку «бандероли» обвязал серебряной лентой с золотым бантиком и телепортировал в переносной коробке «Бакудо-65: Хако Окури», зная, что из-за силы риока мастера кидо не смогут отследить пункт отправки, а если и получится, то попадут они на вершину горы Фудзияма – сам давно хотел побывать там, но ограничился теневиком-почтальоном, который из-за большого удаления от меня лопнул сразу после отправки, подарив мне бесценные сведения для калибровки ниндзюцу «Каге Буншин» под реалии данного Мира Живых.
После непродолжительного проветривания и плотного ужина за семерых я встретил полночь в кресле-качалке, укрывшись пледом и дремля, пока управляющий телом Какаши взахлёб читал какой-то популярный бульварный роман.
Поутру я утвердился во мнении, что вчерашний день получился излишне суетный. И честно признался самому себе, что мандражирую, стараясь найти предлоги отложить судьбоносную встречу. Словно генин перед каге… Утро не принесло толковых идей. И перед мозговым штурмом я слабовольно решил озаботиться небольшим заделом на будущее в мире людей, скорее не для себя, а для вайзардов, всё же общее несчастье приключилось…