Собственно, самое рисковое решение отличалось размахом и практической пользой для людей – не даром я говорил Киске об образе строительного магната и масштабных проектах тройного назначения. Не сходя с места, я дюже сосредоточился и сложил печать концентрации. Плавно ускорив ток энергии внутри себя и накопив достаточный объем, сменил жест на молитвенно сложенные ладони, резко вытянул руки перед собой, развернул кисти горизонтально и раздвинул их – над зданием Вашингтон в духовном спектре зрения появилась призрачно-голубая плоскость. Дальше я напряжённо опустил левую руку вниз до угла в половину прямого, и сканирующая магия бакудо семидесятого уровня выстроила на правой ладони трёхмерный макет структуры здания с уровнем детализации вплоть до размеров замочной скважины. Сжав кулак, отправил результат заклинания во внутренний мир. Естественно, этот акт не мог остаться незамеченным, поэтому я, отпрыгивая назад, вставая на изготовку и сжимая кулаки, призвал в чуть согнутые руки парные танто: лезвие правого под действием дзюцу вытянулось до длины катаны, в левой маскировка под вакидзаси – вечная классика не устаревает.
- Эй, чувырло! Ты чего тут вытворяешь?! – Повиснув передо мной в воздухе, выкрикнул худощавый юноша, показавший класс способности «несущий свет»: на месте, где он оттолкнулся, ещё расходился зелёный круг духовной силы. Плоская хлебная лопата в его руках приобрела вид гигантского булатного тесака в ширину плеч парня.
- Захлопни сральник, Пирожок! – Тем же способом, но из окна одиннадцатого этажа подоспел представительный мужчина средних лет, одетый в модный деловой костюм и державший остро заточенный карандаш аки заправский писарь-убийца. Он сразу обратил внимание на узнаваемый тип оружия в моих руках: – Почтения, господин шинигами, - коротко и с минимальной вежливостью поприветствовал он. – Простите этого долбо***…
Договорить он не успел. Заводной парень в простецких шерстяных штанах и кожаной куртке, как опытный пекарь-каннибал, двинул своей лопатой, словно ссаживал кого-то в печь. От его объекта сродства дорожкой побежала волна духовного пламени, незримого обычными людьми. Главарь скривился, одним движением начертив классический гербовый щит. Сверкнуло серо-терракотовым цветом - полыхающая дорожка смялась лентой и бесславно выгорела. Благо всё происходило чуть над крышей высотки и разряды рейрёку остались вне поля зрения обывателей, наводнявших причалы Манхэттена.