После полудня посовещался с занпакто, мы решились на крайние меры, хотя оба, вообще-то, мало подвержены авантюризму, просто сроки реально поджимали. Распотрошив старые запасы, отыскал сильнодействующий парализующий яд, приготовил ложемент для обездвиживания с дополнительной фиксацией тела.
Судя по сегодняшним снам и утренней мигрени, Какаши всю ночь старательно вспоминал «Хакке но Фуин Шики». Печать, удерживающая биджу, поставлена прямо на душу тюремщика. В ней множество сложнейших блоков, среди которых были изолированные, с наскоку второго раза нераспознанные и не поддавшиеся анализу. Мы оба рисковали, надеясь на способности занпакто изменять в банкае любые энергетические структуры и его понимание механизмов связи между телесными оболочками, подчерпнутых в фуиндзюцу «Хакке но Фуин Шики».
Мандражируя перед началом, вспомнил вчерашний вечер.
- Мм, Наруто, я заметил, как тебя гнетет родительская тема. Хочешь поговорить откровенно? – Я задал вопрос, когда мы отыграли на веранде несколько партий в шахматы и переместились в дом «попить чаю с печеньем». Потом теневик и дубль вышли во внутренний дворик, играть в сёги под присмотром кружащих над Конохой птиц.
- Сначала скажи, что тебе от меня надо, Хачи. Я ведь правильно понял испытываемые тобой чувства, да?
- Вот, значит, как… Хочу поглядеть на работу «Хакке но Фуин Шики», как она проявляется у тебя на животе при обращении к чакре Курамы и потом исчезает, - честно ответил я. Паренек долго молчал, играя желваками и набираясь решимости.
- Хачи, ты ведь любил моего отца, почему же я, его сын, рос один?! Почему!? Я не знаю, что мне думать! Хнык! Почему Я стал тюрьмой злого биджу?..
Наруто сорвался на крик и начал дубасить меня кулаками. Иерро он не пробил.
- Эммм, обычно в грудь плачутся, а не бьют…
- Я уже не маленький мальчик!!! Даттебаё!.. – Воскликнул Наруто, размазав сопли по щекам и перестав меня колотить.
- Тогда сядь и успокойся.
Первый раз скинул, второй раз скинул, на третий раз он позволил мне положить руку себе на плечо и прижать к боку. Минут через пять Наруто успокоился и стал вменяем:
- Все, я готов слушать, Хачи, - по-взрослому произнес Наруто и выбрался из-под бока, забравшись с ногами на стул, в который превратился его клон прямо напротив меня. Озера его глаз смотрели пронзительно и внимательно в поисках ответа на трудные вопросы.
- Что мы с Саске у тебя тренировали вечерами на кухне в доме Тазуны?
- Устойчивость к гендзюцу. Но как это связано, Хачи?
- Внушение тоже гендзюцу. Эм, тебе вот еще Курама помогает сопротивляться, а у меня никто целенаправленно не развивал стойкость к гипнозу. Недовольные правлением твоего отца воспользовались моментом сразу после его героической смерти…
- Но почему я? Почему в меня? Разве нельзя было убить демона?..
- Говорят, биджу через какое-то время возрождаются. Убийство лишь отсрочка и вручение оружия врагу. Кто-то с додзюцу шаринган контролировал Кураму, пытаясь разрушить Коноху. Этот кто-то может набраться сил и прийти повторно. Эмн, а почему ты? До тебя джинчурики была твоя мама…
- Мама тоже была ходячей тюрьмой?!
- Оружием. Чакра биджу используется в качестве оружия, которым управляют джинчурики. Пока ты рос в ее животе, чакра влияла на тебя, потому ты идеальный кандидат, лучше всех приспособленный к самой сильной и ядовитой чакре - чакре девятихвостого демона-лиса. Минато-сэнсэй, как Йондайме Хокаге, завещал тебе Волю Огня, чтобы ты защитил Коноху.