- Бинго! – Какаши картинно появился передо мной из вихря листьев и громыхнувшего дыма, едва я осознал себя находящимся во внутреннем мире.
- Чего?
- Мы поглотили плоть пустого вместе с кидо, заклинательный комплекс нуждался в пробуждении.
- И ты это замолчал, заставив меня нервничать?
- Эмн, перестраховка.
- Идиот, мог бы и сам догадаться, раз танто сохранили свойство прилепляемости, - пробурчал я с облегчением. – Глаза не уступлю.
- А и не надо.
Вот так вот, стоило подольше остаться в режиме отшельника, задавшись конкретной целью. За минуты, пока у моего физического тела длилась кома с отсутствующим сердцебиением, во внутреннем мире прошли часы. Была растрачена почти вся чакра, включая запасенную в «Чакрафуин», и пролито много крови. Ради чего? Чтобы мой комплекс кидо, некогда внедренный в очки из полти пустого, а потом и в подобие шлема на черепе, превратился в способность на манер Иерро. Не мудрствуя лукаво, дал новой способности имя Маска.
До поздней ночи глотал чакростимуляторы и чакротворные пилюли, терпя болезненные симптомы и активно разрабатывая и закрепляя новообразованную способность, избавляющую мое лицо от доставшей тряпичной маски.
Глава 16.
Шедевр Гая смотрелся на мне экзотично и вызывающе, его пришлось трижды натягивать на себя, дабы приспособиться и суметь достать из субпространства Кладовой сразу одетым. Воображение само дорисовало в зеркале друга с придирчивой миной на лице, профессионально цепляющегося за недочеты у сформированного мышечного рельефа. Со стороны дубля выглядело так, будто я минут пять пялился на свое отражение. На самом деле я концентрировался для осторожного формирования кимоно с полами, едва прикрывающими колени, и широкими рукавами чуть ниже локтей. К сожалению, вся найденная в доме традиционная одежда с символикой Хатаке оказалась безнадежно мала, натягивание же поверх нихада штанов и свитера идиотское решение - тренировочный костюм не предназначен для ношения под чем-то. Вот и пришлось, помахав рукой на пунктуальность, озаботиться подобающим прикрытием в виде теневого кимоно из чакры – банально закрутился и забыл приготовиться заранее. Еще минут десять я с занпакто закреплял образ древесно-серой одежды с ромбами Хатаке, старательно удерживая чакру внутри себя, чтобы не повредить зеленый костюм. В клане Хатаке раньше все строилось на мастерстве в танто-дзюцу, герб соответствовал: овальная цуба с ромбом в центре для самого клинка и по три ромба по бокам. Следуя принятым правилам, вертикальный овал герба Хатаке занял у меня всю спину, а так же в натуральную величину был размещен справа и слева на груди. Клановая цуба у моих танто была возвращена обратно в последнюю переделку, когда мы превратили ножны в шаровидные энергетические средоточия, разместив их в металле рядом с гардой.
Последний раз придирчиво окинул себя взглядом, скривившись на подколку занпакто, сравнившего меня с распоследней модницей. В зеркале отражался подтянутый субчик с неблаговидно торчащей копной платиновых волос, повязанным на лбу протектором на грязно серой тканевой основе, дымчатыми очками и того же цвета маской на нижней половине лица. Настоящий только протектор, остальное детали вчера обретенной способности Маска, что скрывала полный шаринган режима шикай. Из-под серого кимоно выглядывали руки в зеленом, под цвет унифицированного жилета джонина. Кисти открыты - планирую высвобождать чакру. Икры ног с утяжелителями из-за полосатых зелено-коричневых гетр выглядели толстоватыми. На стопах привычные лично для меня таби и варадзи темного землистого цвета вместо более распространенных сандалий с обрезанным носом – подарок занпакто, таким образом извинившегося за вчерашнюю проверку того, как далеко я решусь зайти. Зараз-за! Ведь прекрасно знает: что буду вынужден переобуться, потому что в глазах парней возня со старинной обувкой на порядок увеличит неприятие смущающей нихада; что я против приказного порядка. Натянув сандалии, глянул в окно и скривился, пришлось тратить время на концентрацию и осветление «стекла» очков до прозрачности где-то на уровне в девять десятых.