- Сколько разных источников насчитал? – С трудом удерживаю спокойствие.
- Ч-четы… - окончание он проглотил, зашипев от боли. Биджу, не сдержался!
Мысли лихорадочно заскакали у меня в голове. Четыре! Стоп, успокоиться! Ничего непоправимого не случилось, сам же хотел предварительно прощупать да составить мнение – вдруг наживка? И рядом с ним куда-то девается мое спокойствие, незаметно так исчезает.
- Поясни. Доходчиво и кратко, - добавляю строго и почти теряя самообладание, ибо времени впритык, а выяснить нюанс мало того, что невтерпеж, но еще и жизненно необходимо. Когда еще выпадет шанс без пагубных последствий услышать откровения от сильного сенсора?
-- Нечто сродни ауре биджу у Наруто, - откликнулся на мою мысль Какаши. Мысленно кивнул в согласии и благодарности, успокаиваясь и беря себя в руки.
- Э… О-отец танто-б-близняшек и ч-чуждое, - заикаясь, образно выдал Эйхамару после напряженного сопения с четверть минуты. Зачетная попытка сохранить достоинство, во всех смыслах. И как такого самородка еще не грохнули? Не самородок – клановый, почти до четырнадцати, четыре полных года как сирота. Много в него успели вложить, однако, не всякий клановый в Конохе так серьезно воспитан и обучен, хотя я с немногими имел дело и сужу пристрастно.
-- Правильно я предостерег, - деловито проговорил в голове занпакто. Он имел ввиду то, что за пределами нижнего яруса моего особняка танто не извлекались. – Зря допустил контакт с кровью, потому он и сумел распознать лишку, - мысленно проговорил Какаши с обвинительными нотками в мой адрес.
-- Спасибо, не учел это.
Убрав танто, бесцеремонно (хотя подобная грубость мне обычно не свойственна) пристроил пленника (умудряющегося выглядеть невинной овечкой) для удобства гипноза, резко поднял вверх протектор с глаз и применил вариацию «Джигьяку но Дзюцу». Еще в Стране Волн успешно выделил и разработал компоненту, отвечающую за потерю памяти за последние несколько минут, сейчас я использовал полученные знания, чтобы предать забвению все вплоть до того момента, когда пленный сенсор ощутил создание мной дубля (или применение им «Хенге», что вернее), не глубже. Глаза, успевшие выпучиться от узнавания вида Мангекё Шарингана, враз остекленели и обезволили. Выстроенная в клане и самостоятельно пестуемая ментальная защита на взлом таким инструментом явно не была рассчитана, а на меньше размениваться у меня отсутствовало время. Задал введенному в гипнотический транс еще пару-другую вопросов о том, что парень умолчал. Например, он оказался лично знаком с одноухим Кадо - это значит, что будет меньше мороки со связным. Рыльце Эйхамару оказалось в пушку: творил зверства по приказу, притворяясь своим в доску; за свою карьеру шиноби пятерых напарников и двух командиров со свету сжил, в том числе охраняя тайну степени развитости своей сенсорики (мой предел примерно на седьмую часть был меньше его). Ловко подставлял насоливших, используя подвернувшиеся шансы, не брезговал и втиранием в доверие с рассказами небылиц о трудном детстве в клане. В общем, Эйхамару совсем не агнец божий, скорее подленький змий. Про кормилицу правду сказал, но умолчал о том, что по наглядному примеру пытать родню заставили самих подростков – у четверых психика сломалась от такого надругательства. Некоторым извергам мало показалось вырезать, захотелось напоследок еще и морально растоптать и унизить, душу отвести за прежние обиды, когда-то нанесенные кем-то из Сунгарики и других уничтоженных кланов Киригакуре. Думаю, закипевшая мелочь из притесненных и униженных мелких кланов объединилась и свалила столпы, но потом сама была вынуждена уйти в подполье, развязав гражданскую войну вместе с теми, против кого гнали волну. А вообще какая-то мутная история с Кровавым Туманом, во всех смыслах туманная.
После задании вопроса о незаметном эмоциональном воздействии на окружающих, вызывающем сумятицу чувств и повышающем степень доверчивости, пленник не выдержал внутренних противоречий и сам отрубился, потеряв сознание. Вне сомнений это защитная реакция, вырабатывающаяся некоторыми ментальными практиками на вроде медитативного самовнушения, доступного и обычным людям без чакры (оная просто может все существенно облегчить, к примеру). Подобное распространено в монастырях и там тайно развивается. Встретился… мне по молодости ренегат, уделавший меня без особого напряга. Убивать и калечить он меня не стал, а сделал посланником к Хокаге, выдав военную мощь монастырских общин, отказавшихся от участия в Третьей Мировой Войне Шиноби и до конца выдерживавших нейтралитет. Тогда Минато-сэнсэй был замылен и грезил еще не родившимся сыном, и с концами заныкал мой рапорт куда-то, а после его смерти обладать некоторыми знаниями и обращать на себя лишнее внимание стало смертельно опасно. Я и не рыпался – с тех пор мои пиетет к храмам и религиям в целом упал почти до нуля. К слову, более действенные меры обеспечения лояльности и молчания грубее и заметнее, но никаких нательных фуиндзюцу не обнаружил у пленника, а немедленное внедрение в подсознанье я посчитал опасным и преждевременным.