Ниндзя ребята тертые, но и они порой вздрагивали, едва не подскакивая с мест на особо кошмарных жутиках. О да, я заставил их понервничать, а теперь пришло время отвлечь боем и выбираться наверх. Пинками разделив свое гадское воинство на мутантов и Пустышек, кое-как отправил последних атаковать первыми.
Естественно хлюпы и прочие звуки были давно услышаны и усилены мембраной прохода, четвертого от начала: через него в первый раз выглядывал, сильно опередив тварей, а потом заманив их в ранее пройденные ответвления. Думаю, не глупцы дежурили, успели разглядеть, кто к ним пожаловал, и приготовиться. Десятки уродливых, но по-своему грациозных змей были атакованы «Суитон: Джусуи Гинко». Сильные водяные валы “B”-ранга из двух глоток интерферировали, но эффекта почти не оказали. Во-первых, Пустышки существа нематериальные, против которых была направлена атака. Во-вторых, их породила гораздо более агрессивная среда, жидкая. Вот что значит действовать стереотипно против необычного врага. Следом за водой бойцы атаковали более слабым огнем, «Катон: Карью Ибуки». Сдвоенная атака огненным дыханием “D”-ранга принесла зримо больше успеха, но все же припозднилась. Минуя барьер, прорванный самими ниндзя, Пустышки уже ринулись к вкусной, но опасной добыче. Им наперерез выдохнули кислотный пар, хидзюцу “B”-ранга «Футтон: Комо но Дзюцу». С шипением потек и вспенился камень, но если бы шиноби направил струю на стену, то сумел бы предотвратить атаку мутантов, проевших каменную породу, словно черви землю.
Гадская королева не захотела деградировать или помирать конечной смертью. Она выждала удобный момент и вместо самоубийственной атаки поперла на поверхность, прихватив по пути свою товарку-Пустышку, ту, что еще из первого деления в канализационном стоке. Я тоже решил не искушать судьбу и не отставал от них, держась поодаль на пределе сенсорных возможностей, невеликих в плачевном нынешнем состоянии. Футляр с моими танто доставили с направления по основному ходу, но я посчитал чересчур рискованным соваться туда, а в толще камня я дезориентирован без обращения к силе, потому и следовал за тварью, лучше меня разбирающей дорогу наверх.
Будучи ниндзя с развитым Дотоном, я часто погружался в верхние слои земли, знаю о грунте не понаслышке. Распознав последние метры перед поверхностью, резко прянул вбок. Столь нетипично умное поведение змеи, осмысленное по пути за ней, просто кричало о ее демоническом происхождении. Неоткуда было взяться в мутировавшем мозгу такому уму. Я знаю только двух ниндзя, имеющих контракт с ползучими гадами. Это Митараши Анко и ее учитель, змеиный саннин Орочимару. Последний, как я теперь думаю, наследник и единственный представитель давно вырезанного клана, в своем геноме прописавшего контракт с древним демоническим кланом змей, как Умино с дельфинами.
- Кхы-хаа-кха-хаа, какая встреча, Какашшши-ку-ун, - из-за моей спины раздался противный смех. Интонации захлебывались в эмоциях. Четко расслышал звук облизывания.
Я замер, словно мышь, загипнотизированная удавом. Стоило в предрассветных сумерках вылезти меж валунов, объятых густым туманом, как меня засек хозяин змей, явно владевший их памятью. О чем думать боялся, то и произошло! Я еще не достиг со своими псами столь высокого уровня взаимодействия, как контроль на расстоянии с возможностью видеть и слышать через них. А он, видимо, все узрел и явился по мою душу… И я его не ощутил! Вообще никак, пока Орочимару не засмеялся, наводя жуть своим голосом и манерами!
- Всегда мечтал изучить «Рейка но Дзюцу», - шипяще протянул нукенин, разглядывая меня, как перед началом препарирования. – Все хидзюцу клана Като… И Хатаке, кхе-хаа-хаа!
Он специально с хрустом ступал по мелким камням склона, по дуге обходя меня. Его янтарные глаза светились в клубящейся тьме, впиваясь в меня иглами вертикальных зрачков. На чрезвычайно бледном лице четко выделялась фиолетовая обводка глаз и по-змеиному широкая белозубая ухмылка. Поздно скрывать собственное лицо под Маской.
- Шпионили за Маюри, - выдавил я, лишь бы что-то сказать. Испуг быстро сошел, голова стала судорожно соображать.
- Уум-мненький мальч-чик. Что мне ссс тобой делать, м? – Гулкое грудное мыканье было явной издевкой в мой адрес. Его фигуру скрывал длинный и просторный плащ, а туман мешал понять, складываются ли ручные печати или нет. Издали я определенно ощущал колебания его чакры.