Нас встретил и первым заговорил Ао, завладев вниманием перевоплощенного Орочимару. А мой взгляд почти сразу приковался к Мэй. В прошлый раз было не до ее элегантности и красоты, а сейчас я чудом сохранил беспристрастное выражение лица, еще не зная, чем обернется наша встреча. Этой роковой женщине хотелось всё простить и отдаться…
Ослепительно синее и глубоко декольтированное платье обрамляла защитная сеточка ниндзя, выполненная в декоративном воздушно-ажурном стиле. Идеальный бюст, на самой грани соразмерности росту и фигуре. Шейку украшало изысканное колье из янтаря в оправе из облагороженного чакропроводящего металла – у куноичи не бывает простых украшений. Великолепный стан подчеркивала отменная осанка. В волосах бушевал огонь: напоенная чакрой грива пышно пылала за ее прямой спиной, походя одновременно на языки пламени и елку. Влияние двух геномов выводило ее элемент Хи на ступеньку выше обычного первичного сродства, у Хозуки аналогично с Мизу. Скромная синяя лента стоймя ставила пучок на макушке… Образ, продиктованный самой природой ее силы и выгодно выделенный по виду простым, но очень дорогим одеянием.
Какаши всеми фибрами своей части нашей общей души чуял мощное фуиндзюцу, сковывающее безудержную силу огненной стихии, но без высвобождения мог только локти кусать. Резервы чакры у Мэй точно сопоставимы с таковыми у биджу! Сам я заметил по ее лицу, что женщина чем-то сильно расстроена, ей явно было не до переговоров с кем-либо, но она крепилась и старалась не подавать виду, держа марку – ей был важен любой ниндзя.
После нескольких фраз комнату окружил барьер, искажающий зрительное и слуховое восприятие. Обычная предосторожность для важных переговоров подобного рода, чтобы охрана бдила. Ни еды, ни чая хозяева нам не предложили. Меня под разными предлогами трижды пытались выставить, но в конечном итоге в комнате осталось четверо.
- Что привело вас к нам, Орочимару-сан? – Прямо спросил Ао, когда весь минимум церемоний был соблюден, а все лишние удалились.
- Дело, Ао-сан, взаимовыгодное, - облизнулся Орочимару. С лицом Эйхамару это действительно смотрелось жутко отвратительно и отталкивающе.
Когда же я уже отправлюсь к напарникам и на боковую?
- А вашего спутника?..
Что-то знакомое мне видится в Ао, не понимаю – что?
Сбоку раздался хмык. Хм? Обращались ко мне, пауза затянулась?
- Ночь страсти с Мэй-дзёси, - за меня ответил Орочимару, умудрившись сохранить в голосе полноту серьезности.
- Что, простите? – Глухо переспросила Мэй, без заикания и почти не шевеля губами. Железная выдержка. Только волосы угрожающе заволновались за спиной.
- М… - Просто не было даже не слов, а мыслей, чтобы описать всю ту низкую чудовищность, на которую меня подписывал змеиный саннин, беззастенчиво пользуясь моим состоянием. Я был сбит с толку и сразу же перебит им:
- Мэй-дзёси, - участливо перевел мой мык Орочимару. – Это часть платы за решение ваших подземных проблем, - вежливо произнес саннин, мешая знатную женщину с грязью без всяких угрызений совести и прочей мути. В два с половиной раза более старший мужчина легко вывел из равновесия молодую женщину, до того витавшую где-то в своих треволнениях.
- Неприемлемо, - резко, четко и громко произнес Ао, когда Мэй едва не задохнулась от накатившего возмущения, готовая испепелить меня одним движением брови.
- Кхы-хэ-хэ, вторая часть платы за мои услуги под землей это Листья, - выделив последнее слово, заявил Орочимару, кривящийся в ухмылке. Я хотел было открыть рот, но вовремя передумал, услышав предложение целиком. Пусть первым лезет, пока я буду с напарниками, и никак иначе. – Ао-сан, мы же с вами прекрасно понимаем, - продолжил саннин после короткой паузы, - что мне не требуется ничье разрешение для сбора образцов и прочих ценностей. Но я перед вами… - лаконично произнес замаскированный саннин, изводя собеседников своим отвратительным облизыванием.