Использовав Сонидо, без пагубных последствий миновал образовавшиеся потеки камня и клубы едкого дыма. Переместившись к незабвенной речке, повторил связку с давлением реяцу и мощной огненной техникой. Сменив режим работы ядра, присовокупил «Дотон: Дороку Гаеши»: тонкая стена каменной породы отсекла приток мутантов-эмигрантов в сторону бывшего водозаборника. Слабенький “C”-ранговый земляной щит обязательно сломается под давлением накапливающейся воды, но какое-то время выгадает. Главной целью было сжечь мицелии, по гифам которых «грязная» энергия разносилась на огромные расстояния, питая сами мутировавшие грибницы и их агрессивных симбионтов-защитников. Вот с полным уничтожением грибниц предстоит попотеть – они во все щели лезут, стремительно разрастаясь. И чего Орочимару нашел во всех этих хищных уродствах?
Вернув себе благопристойный вид, я поспешил обратно. По пути ощутил, как ниндзя активно зачищают грот большой толпой, подикась, «вдохновлены» моей непринужденной проходкой. Рискнуть и случайно попасть под раздачу? Ну уж нет, с ориентированием в пространстве у меня теперь все в порядке. «Дотон: Дочусенко» и свечой взмыл вверх, на поверхность.
Бдительная стража, получившая нагоняй за то, что во время стояния на посту отвлеклась на девушек, и пониженная до стояния у ворот, не посмела меня задержать, довольно быстро опознав по предъявленным танто, легко ополовинившим их катаны из дрянного сплава. Раздраженный командир выделил мне хмурого тонкошеего сопровождающего, показавшего короткий путь к моим напарникам, все еще спящим.
Складные каталки с лентами теоретически знакомых диагностических фуиндзюцу, капельницы и шприцы, пара заставленных препаратами столиков, нагруженная разборная полка, утки, простыни и прочие атрибуты больничной палаты, совмещенной с процедурной. Их явно устроили здесь в угоду мне, чтобы проснулся и сразу ощутил их близость. Полноценный медицинский блок находится ниже и в другой стороне.
- Как их состояние? – Сразу перехожу к делу, приветственно кивая тощему и молоденькому ирьёнину, всего на пару лет старше Сакуры.
- Стабильное, Хачи-сан, - вздрогнув, ломающимся голосом ответил явный стажер, наверняка чудом выживший во время подземной котовасии.
- С самого утра один дежуришь?..
- Су Ботан, - вежливо представился паренек, верно истолковав мой намек. Да, имя Пион из-за светлой кудрявой прически ему подходило как нельзя лучше. Сурово покосившись на чепчик, по чьим-то злым козням оказавшийся не на его голове, пацан продолжил: – Нет, Хачи-сан, меня на день сменял Хару-кун. Моя вечерняя смена началась полчаса назад.
- Медкарты, диагнозы, прогнозы?..
По мере перечисления, сверялся с показаниями фуиндзюцу и уцелевших (или проданных Орочимару) аппаратов, разборчивым почерком занесенных в бланки образца Госпиталя в Кири. Применив технику мистической руки, самолично провел диагностику пациентов, завернутых в бинты подобно мумиям.
Если убрать нагромождение медицинских терминов, то получится следующее. Множественные порезы и обширные ожоги кожного покрова, особенно открытых участков: лиц, шеи, кистей рук. У обоих проблемы с носоглоткой и легкими, сильное отравление ядовитыми парами, но уже способны самостоятельно дышать и кушать – ротовая полость и речевой аппарат почти не пострадали. Все яды выведены. У Ируки не зажившие переломы семи ребер и ампутированное левое легкое. У Гая стопы и кисти - сплошные комки из костей и плоти. Это последствия активного использования тайдзюцу, впрочем, характерных для школы врат Хачимон многочисленных внутренних повреждений нет. Мой бровастый друг не пренебрегает и не экономит на оружии, просто пленников обобрали (дефицитный здесь чакропроводящий металл ушел с концами, бесполезно искать или возмущаться). А к Пустым лучше лишний раз не прикасаться, тем более к мутантам - это наихудшие противники для мастера тайдзюцу, не владеющего ни одним стихийным ниндзюцу.
Согласовал с ирьёнином перечень медикаментов и процедур, наказал в течение часа приготовить плотный ужин для нас троих и выставил его за дверь. Затем, я извлек печати и активировал заранее приготовленный барьер, каким на новом месте хотел защитить операционную. Не стоит никому знать кое-каких деталей – благо Ао отсутствует. Через пару минут осмотра помещения я поставил плюсик Мэй, не найдя регистрирующей аппаратуры или шпионских фуиндзюцу да и не сердясь на нее больше за «недоразумение» со мной – никак все семь богов удачи сошлись. Создав пять дублей-ассистентов и достав из субпространства Кладовой макимоно, я извлек собственный операционный стол-кушетку. Вместе отсоединили капельницы, продлили сон, споро освободили первого пациента от бинтов и вложенных в них одноразовых печатей. Обтерев, аккуратно переложили.