Благодаря моей связи с продвинутыми дублями, оба напарника уже в теме и передвигаются самостоятельно, страхуя меня. Ан-нет… Увидев самонаводящихся рыб, из-за огромной скорости плохо маневрирующих, Гай начал быстро и последовательно открывать врата Хачимон, стремительно становясь вторым солнцем, забивающим своим сиянием все более мелкие объекты. Меня внезапно осенило – потом! Это не боевое, вон, Ирука оказался не у дел – слишком слаб чюнин для этого боя, но и его надо как-то пристроить.
Хм, что?! Рыбы самонаводящиеся?! Торможу, их нельзя подпускать! Сонидо. Смещаюсь еще ниже, в клубящийся туман, вынужденно применяя подходящее кидо:
- Хадо-51: Геки Реккё!
Оба танто засветились призрачным зеленым светом. Отвожу руки назад и наношу колющие удары, целясь в оба косяка. Лезвия по цубу погружаются в центр появившихся в воздухе волнистых кругов. Пульсация! Новички крутят занпакто, а я мыслью вращаю, концентрируясь. Неравные порции чакры разрезались танто пополам, создавали яркую диагональ и парно срывались смертоносными иглами с краев круга – зеленые сенбоны по ближайшим целям направлял занпакто. В считанные мгновения световые полосы стали словно спицы в колесе, но дальше восьми диагоналей нельзя – слишком слабые получатся сенбоны. И это в банкае! Как же силен оказался мутант!..
Тем временем Гай открыл шесть врат, подпрыгнул и с потрясающей скоростью помчался прямо по воздуху, обгоняя моего дубля. Наученным горьким опытом, мастер Тай воспользовался своими распечатанными сошуга. Мой дубль не уследил за ударом специальных нунчак, ручки которых стилизованы под дракона – от удара со спины по шее антропоморфная тварь отлетела поленом. Но атака не стала неожиданностью, тем более смертельной. Бывший Донзоку успел защититься, главное, прекратив изрыгать зубастых рыб.
Пока я расстреливал остатки миньонов, Гай ненадолго, но сковал ближним боем тварь под три метра ростом. Ирука сумел успешно сориентироваться в быстротекущем бое: четыре куная со взрыв-тегами образовали четкий квадрат вокруг сражающихся. Гай быстро раскусил, что удары по элементам костяной брони наиболее болезненны и оправданы: трещины быстро затягивались, отломанные кусочки намного дольше восстанавливались.
Подловив момент, джонин технично пробил ручкой сошуга по рыбьей морде, заставив монстра отступить и угодить в парализующую ловушку «Фубаку Ходжин». У Ируки, сложившего ручную печать-активатор, аж волосы вздыбились и засветились от потока чакры, что он вынужденно вкладывал ради удерживания дзюцу. Чюнин не сдюжил, однако он выгадал для напарников толику времени и не просто отпустил контроль над «Фубаку Ходжин», а налету трансформировал свое дзюцу в «Кеккай Ходжин». Четыре печати, прицепленные к кунаям, создали направленный в центр квадрата взрыв. Чюнин тренированно отпрыгнул назад, под взрывную волну подставив усиленные чакрой ноги. В полете он применил «Каварими но Дзюцу», заменившись на чурбачок – вовремя уберегся от шрапнели, раздробившей деревяшку! Гай воспользовался удобным моментом и нашпиговал толстокожего монстра десятками сюрикэнов и кунаями, простыми и с взрыв-тегами. Металл раскалился от мощного взрыва. Плюс мои дубли, поняв, что выпускаемые ими серпы оставляют лишь царапины, прочитали момент при помощи додзюцу и выдули трехметровой ширины драконьи головы - «Катон: Горьюка но Дзюцу». Я тоже успел ударить по мутанту, с двух танто выпустив ослепительно белые Сирокама. Бесполезно!
- Грааа! – Заревел разозленный монстр, ужасающим давлением реяцу гася взрыв и сминая оскалившиеся головы, чьё жалкое хрюканье и рядом не валялось с рыком чудовища. На его костяном воротнике от моего Сирокама осталась лишь глубокая царапина, да кровоточил какой-то жижей сильный порез поперек груди, кое-где белеющий костью надрезанных ребер – вот и все повреждения после блестяще проведенной командной атаки!
В голове промелькнула мысль, что Серо стрёмно пускать – сожрет еще. Иссечь Сирокама его бронированную тушу? Нужно что-то куда серьезнее, желательно из арсенала шинигами. Нужно выгадать побольше времени, чтобы зазря не расходовать чакру на слабосильные и бесполезные кидо.
- Задержи, - сигналю напарнику жестом.
Гай не мешкал, метнул оружие и сам устремился к твари, почуявшей мою близость и начавший формировать Серо из широкой рыбьей пасти, полной стройных рядов острейших зубов. Сразу десяток кунаев друга забивают уплотняющийся шар в глотку, а рукоятка сошуга захлопывает ее. От взрыва в собственном рту рыбьи зенки вылупились, а из щек, носа и ушей еще сохранившей человеческие черты морды вырывались кроваво-пламенные факелы. Как следует вдарить по башке Гай не успел – тварь мгновенно уподобилась морскому ежу, наколов пустоту вместо юркого джонина под шестью открытыми вратами. «Асакуджаку». Гай разражается серией ударов по воздуху, толкаемые им воздушные снаряды зажигаются от силы трения и кучно ложатся по монструозному телу человека-адьюкаса. В этот момент присоединился Ирука, начавший метать кунаи со взрыв-тегами. Слаженный заградительный огонь вкупе с двойным «Бакудо-9: Геки» замедлили монстра, не дав ему реализовать преимущества в скорости. Слава Ками-сама, он еще не научился в полноте владеть собой, переложив известные дзюцу на новый лад. Между тем я произносил заклинание: