- Нет, - ухожу в Сюмпо, спускаясь вниз на один лестничный пролет.
- Зря вы так…
Что там Гай говорил дальше, я уже не слышал, за порогом резиденции опав ворохом листьев «Шуншин но Дзюцу». Поддавшись порыву, действовал основательно. Чтобы придать вес своему отказу, отправился не в элитный онсэн, а к главе Госпиталя. По пути заглянул в лавку за чистыми свитками и листами, потом в уединенной кабинке туалета исполнил «Шодо Фуин», в считанные секунды оформив заявку – прочие документы были с собой. Кансэнаи Маттан, несмотря на занятость, принял Хатаке-доно и легко подмахнул документы, а бухгалтерия без проволочек оформила меня в штат (рьё творят чудеса!). С этого момента я официально работающий чюнин, которого со службы без моего согласия точно не смогут сдернуть на какую-либо миссию, даже предлагать не могут, минуя Маттана. Как и ожидалось, несмотря на вечер, меня (а реально дубля) как врача с низшей квалификацией сразу запрягли на полную смену (в подтверждение серьезности намерений и чтобы завтра отдыхать, как распорядился хокаге) заниматься непрестижной работой – помогать исследовать вонючие анализы, а потом возиться с карточками пациентов и прочей бумажной волокитой. Насрать, я не потерял рассудок и сам предусмотрительно напросился в Поликлинику, отделение для обычных людей: ближе к дому, дальше от бесстыжих бьякуганов, а главное все равно бы сюда сослали после допросов выживших повстанцев (мне было не трудно подменить своими клонами ирьёнинов Мэй, напросившихся «лечить» военнопленных вместе со мной, разумеется, тайно – понятно, какая «замечательная» характеристика на меня придет, если руководство копнет, а оно обязательно копнет). Пусть, наплевать, тем более не имеют права нагружать или требовать больше положенного по должностной инструкции. Зато сам я теперь свободен аки ветер в небесах, пусть ценой некоторых амбиций, рассекречивания возможности создавать продвинутых клонов и очень сложной и деликатной работы с не имеющими СЦЧ и собственной чакры. Ничего, как-нибудь прорвусь. Как ни странно, подобная стабилизация моего общественного положения (пока еще только на бумаге и в собственных глазах) благотворно сказалась. Настроение резко поднялось, сменив минус на плюс.
В горячем источнике, где во главу угла возведена степенность и молчаливость, я проигнорировал друзей и с блаженной улыбкой умиротворенно разлегся, давая целебным потокам унести прочь и растворить все мои горести и печали. Захотелось полюбоваться огнем, не прикрытым тонкой фонарной бумагой, и я спонтанно устроил рекламу ранее открыто не торгующихся изделий клана Су, выпустив в свободное плаванье плошки, превращающие тепло налитой в них жидкости в свечное пламя. Плеск воды и танец огоньков завораживали, успокаивая сердце и опустошая голову от тяжелых мыслей о бессмысленной смерти Рин. О чудом выжившем и кардинально поменявшимся Обито. Гай и даже Ирука, любитель бывать на горячих источниках, уже давно ушли, а я все лежал под звездным небом и расслаблялся, с дурацкой улыбкой играясь с огоньками…
Глава 14.
- Ну и чего ты отчебучил?! Прямо как ребятенок несмышленый разобижался. Во имя Силы Юности, Какаши!..
- Не кричи на меня в моем же доме.
- А вот и буду! У тебя вообще что, мозг усох?! – Гай бесцеремонно подскочил и постучал мне по лбу, проверяя тыковку на звук. Стоило войти и с порога переодеться в домашнее, как он налетел с упреками, начав трясти за плечи. – Какого *** ты бортанул джонин-ханчо?! Он же еще глава клана Нара и руководит ведомством стратегического планирования и аналитики!
- Отвянь, а? – Ну вот, только распарился и вкусил массажа точеными женскими ручками, только насытился, полакомился тортиком и решил в четвертом часу ночи вернуться домой, чтобы до утра заняться дзиндзэн, как…
- Нет! Я твой друг или где? Вижу же, что сам не свой. Во имя силы юности, Какаши, давай, прекращай бежать и делись наболевшим – полегчает. Я и пиво с рыбкой приготовил…
- И кто насоветовал?
- Не все ли равно? – Обидчиво отвернулся Гай, продолжая тянуть дальше.
Он все же усадил меня, но ничего в рот не лезло. А еще Ирука за барьерами наверстывал с Кохадой упущенное…
- Меня подставили, - наконец сдался я наперекор занпакто. – И Рин обманули, засунув в нее фальшивого Санби, а я, дурак, повелся!.. Я тогда… списал раздвоенное зрение на пробуждение Мангекё Шарингана… Но… Обито как-то выжил и все видел… это он растерзал всех наших преследователей. Я ему подражал, а… а он подчинил Ягуру чужим Мангекё… и теперь в Акацки… Фу, не пиво, а ослиная моча!