Заспанный и скрывающий раздражение глава довольно быстро появился из глубин своего дома и отослал Муто. Или это клон из жуков? На духовном плане слишком непривычно выглядит симбиотическая связь. Да, слишком плотно и много жуков – настоящий шевелится в спальне. Клона Шиби прикрывал настоящий Токара, ровесник Ируки.
- Хатаке-доно, приветствую. Неотложное в чем дело ваше состоит?
- Я покажу. Прошу дать одного самца кикаичу, - убираю реяцу и протягиваю раскрытую ладонь.
- Не здесь, пройти за мной прошу.
Никогда не любил жуков, еле сдержал передергивание плечами, спускаясь в их логово. Правильно Шиби перестраховывается, я бы так же поступил на его месте, отведя незваного гостя в опечатанную лабораторию со стеклом, так похожим на окно в тюремную камеру. Эпидемия среди жуков им всяко не нужна. Что ж, так даже нагляднее получится демонстрация.
- На выбор любого берите, Хатаке-доно, - донесся из динамиков голос прайм-Шиби, сидящего за смотровым окном, по обе стороны от которого располагались пластины из чакропроводящего металла для манипуляций посредством чакры.
Выбрав самую жирную особь из копошащихся в стеклянном коробе, я взял за спинку. Создав нить из чакры, подвел кончик к жвалам: жук вцепился мертвой хваткой, повиснув. Подвесил жука над правой ладонью и стал вокруг него медленно формировать куколку черной бабочки. Медленно потому, что предыдущий образец отбросил лапки из-за слишком сильной чакры – следовало подавать ее разреженной и ослабленной. Облажаться во второй раз я не имел права. Черный не броский цвет потому, что предпочтительнее золотистого, по понятным причинам. Ради него мне приходилось сейчас сильно концентрироваться, четко удерживая образ ранее рассчитанного штампа – своевольная сенчакра же все норовила сделать по-своему. Превращаю именно самца кикаичу потому, что он растиражирует себя и в потомстве от него не будет самок. Без самочек они не смогут выводить новые виды. Без сенчакры не смогут изменить мой штамп. Насекомые обычно долго не живут, и когда эталон погибнет, все силы клана будут тратиться на предотвращение накапливания неизбежных ошибок репликации: без присмотра через примерно пять поколений потомство выродится обратно в бескрылых. А еще потомство, чисто теоретически, будет не способно преодолевать барьеры фуиндзюцу (позже это подтвердилось экспериментально).
Под пристальным взглядом Шиби из куколки высвободился кикаичу с матово-черными крыльями бабочки, без рисунка. Размах под двадцать сантиметров – самое оно. Согнув средний палец и мягко ткнув им в усатую головку, заставил новорожденного кикаичу-чо раскрыть крылья, которые тут же прилипли к краям моей ладони. Оттопырил левый мизинец, напитал чакрой подушечку и показал, как прилепляется обычный бумажный лист – не шибко сложнее вертикального хождения по деревьям. До стило еще дойдет, а пока пальцем стер черную пыльцу с крыльев, начертав несколько прозрачных кандзи: «Покормите своей чакрой, вспомните чакру Токара, отправьте за ним». Сдул с пальца псевдопыльцу, сдул с ладони жука-бабочку. Пьяно порхая, самец кикаичу-чо ткнулся в стекло. Отлетел немного назад. Сделал в воздухе кульбит и исчез, чтобы внезапно появиться перед самым носом Шиби. Через минуту кикаичу-чо улетел от возбужденного Шиби, неся новое послание к новому адресату. Токара примчался через четверть минуты с черным посланником, аккуратно зажатым в клетке из пальцев. Завертелось дело…
О да, короткие сообщения посредством кикаичу-чо произведут настоящую революцию связи. Им расстояния нипочем, в отличие от Яманака, без мощных артефактов и сети из живых передатчиков-соклановцев не способных даже до Танзаку достать телепатическим импульсом. Не нужны будут больше заморочки с редчайшими контрактами призыва, почтовые птицы канут в лету… В будущем разберусь с фуиндзюцу и засуну кикаичу-чо в общедоступный свиток с задаваемым набором абонентов. За отдельную плату обеспечим возможность переноса голосовых посланий и даже шифрованных фуиндзюцу на крыльях. В общем, есть куда расти и развиваться. Интерактивной, как у раций, связь не будет, но и без этого Абураме завоюют огромную долю рынка, станут нужным и незаменимым стратегическим ресурсом Конохи, а не как сейчас – отсиживающимся дома во время Совета.