- Прекратите, Инузука-доно. Я точно знаю, никто из вашего клана этих нинкенов не принял сразу, считая виновными в гибели, а без хозяев прирученные псы страдают.
Тут же подключилась Кохару, еще дальше отводя тему от резюме главного аналитика Листа. Стервозные бабы активно превращали заседание в стирку грязного белья, оперируя своими домыслами и страхами. Им вкрадчиво помогал докладчик, умно апеллируя к моей вредоносности и опасности для Конохи. Придрались к странному эпизоду со змеями в Лесу Смерти, попеняли за решение оставить один из семи великих мечей на могиле мечника, заподозрили в утайке трофеев…
Чпок!.. Биджу, Паккун отменил призыв! Что произошло в тюрьме? Неужто бунт поднялся?! Доставили же без дополнительных приключений, передали из рук в руки, срезали всю одежду и сунули в жаркий каменный мешок изолятора. Как раз он там томился, когда я пробирался в круглый зал заседаний - ничего не предвещало беды. Мчаться в тюрьму? Хм, на месте Паккуна ощущается, эм, пустой слот. Значит, дубль-гигай цел? Время еще не истекло - что заставило нинкена принять экстренные меры и свалить? Ох, Ками-сама, как я устал разгребать… проблемы.
- Подведем итог, - тем временем взял слово Данзо. – Хокаге-сама?
- Вы мало высказывались, Яманака-доно. Какое у вас сложилось мнение? – В полной тишине перебросил подачу Хирузен.
- Мое мнение, Хокаге-сама… - Иноичи прокис. - Оставить в заключении до вступления Учиха Саске в права наследования. Остальное дорасследовать.
- Полностью поддерживаю это решение, - важно произнес Сандайме Хокаге. Это подхватили все остальные, так или иначе, согласившись. Последним высказался Абураме:
- Ошибка это, Сандайме Хокаге-сама. С формулировкой и сутью не согласен я. Хатаке-доно добропорядочный сэнсэй, на своего ученика Учиха Саске клановое наследство не посягал.
- Одержимый всячески скрывал родство, значит, злоумышлял, - умудрился дипломатично припечатать Хомура, хотя к нему никто не обращался. Хирузен промолчал, по обыкновению обрезав линию глаз краем шляпы.
- Этого решения против я. Очевидно всем быть должно, что сорвано клеймо АНБУ если, то внушения все раскрываются. Вы трусите, за приписыванием одержимости свои проступки пряча.
Вот это да! Умно и смело, союзник. Неожиданно, приятно то как… Но откуда про печать АНБУ информация? А главное, ***, что же с тюрьмой делать?
- Это серьезные слова.
- Бездоказательные, - добавил Данзо, сохраняя каменное лицо.
И тут случилось оно. Событие. Внеплановая презентация кикаичу-чо. По инициативе моих репликаций. Пока черная бабочка, появившаяся где-то под потолком над столом, неспешно и кривовато порхала к Шиби, у меня в голове быстро выстроилась цепочка: заклинание из тюрьмы домой, живое насекомое из дома сюда. Разумно, но рискованно, даже с учетом моего здесь присутствия. Мы не так изначально планировали сообщать, но я согласен и одобряю их самостоятельные действия – сейчас тоже вполне удачное время и место.
Все присутствующие мигом подобрались, при этом сумев сохранить невозмутимый вид, словно сто раз на дню с подобным сталкиваются, но глаза их выдавали с головой. Умеют держать лицо, встречаясь с неожиданностью – этого не отнимешь у опытных главарей. Мир-дружба, а на деле все… почти все они гребут под себя и заботятся лишь о своих интересах. Вот и верь таким… Пока их нечто подобное не коснется - не засуетятся, но когда коснется, то будет поздно суетится – голова-то уже слетит с плеч. Как с Учиха…
- Что это, Абураме-доно? – С жесткими нотками спросил Сарутоби, явно недовольный непонятным явлением на фоне только что озвученного обвинения.
- Класс кикаичу новый. Побоку расстояния и барьеры этим связистам. – Вот так вот, рукоплескаю! Одним словом дать жирный намек, с кем и почему в союзе. Иноичи не смог сдержаться, зло нахмурившись, а Шикаку слегка дернул ушами и вскинул брови, но так и остался с закрытыми глазами. – Читаю дословно. «От зэка: после унизительного изолирования голышом в каменном мешке надсмотрщики инициировали бунт и пытаются меня убить». – В создавшейся тишине следующие слова Шиби прозвучали особенно остро: - Всем трем советникам клан Абураме вотум недоверия выражает. Прошу прощения, Совет, присутствия личного дела клана Абураме требуют в связи центре.
- Стойте, Абураме-доно. Совет Кланов еще не окончен, - властно произнес Хирузен. О да, вотум недоверия - это очень серьезно, никто не ожидал такого внезапного поворота дела и сейчас судорожно переваривали.