Едва мы появились, Токара нас чуть не приголубил чем-то мощным и жутким - обошлось. Шиби незамедлительно создал из жуков трех «Муши Буншин». Один отправился на кухню; второй в дом на окраине квартала, где пока только планировалось сделать пункт связи; третий остался отдавать приказы; сам глава клана отправился под землю. Разъяснительной беседы в любом случае было не миновать – пошел за Шиби. В закрытой, свежей и скромно, но со вкусом обставленной комнате я и материализовался, сразу же приняв всю гамму испытанного репликацией. Несколько минут не мог отдышаться, настолько все мрачно оказалось.
Во-первых, в числе охранников был чюнин, не простивший мне своего наказания. Во-вторых, они издевательски проткнули скованное и медитирующее тело в нескольких местах. В-третьих, реактивировали кандалы, думая тем самым причинить неимоверные страдания и дать организму подлечиться для новых издевательств (такой контингент подобрался, сама нездоровая тюремная атмосфера способствует перегибам). Вот тут-то они и просчитались. И я тоже не ведал, к чему приведет корявое включение-выключение слегка поломанных кандалов. В общем, произведение Узумаки вышло из строя и зациклилось, перестав слушаться управляющих воздействий извне. «Чакрафуин» тоже засбоила, разом высвободив все накопления. Боль была адская - не могу винить Паккуна в побеге. Из-за образования в дубле суррогата души, отмены не произошло. Имелась четкая установка не рыпаться и собирать сенчакру, в случае надобности изобразить смерть, не оказывая сопротивления. Но репликация в последний момент страстно захотела жить, чего никогда не случалось с дублями, теневыми или стихийными клонами. Это яркое желание в сложившейся обстановке вызвало замедление всех жизненных процессов – спасительный анабиоз. Сенчакра продолжила медленно собираться, укрепляя (до окаменения) и сохраняя дырявое тело. Стало нарастать и реяцу, первая вспышка духовного давления задушила и переломала несостоявшихся убивцев, словно кукол, а так же превратила вялый бунт в стихийный пожар.
С тюрьмы мысли перетекли к залу заседаний. Судя по всколыхнувшимся серьгам, с тюрьмой комбинацию провернула Кохару, что пагубно ударило по Данзо. Заседание формально завершилось спустя несколько минут после резких слов Шиби и его феноменального ухода. Как передал теневик Шикаку, с чьих слов говорил Шиби, Хирузен схватился за сердце, сам себя подлечив. Но не приказал двоим шиноби Корня снять маскировку (не смог или не успел – в пересказе не понятно). Самоубийство обоих корешков не сумели пресечь (или не стали?) - ни пылинки от них не осталось. Согласно итоговому коммюнике, Шимура Данзо добровольно сложил с себя полномочия Советника и даже вышел из хартии Конохагакуре, оставшись на правах простого гражданина – зачем ему это?! Вынесенный приговор Хатаке Какаши остался неизменным, поскольку работа сразу двух советов оказалась временно парализована (Данзо являлся выдвиженцем от совета кланов, Хомура - от совета джонинов, Кохару как бы от Даймё Огня). И в будущем не изменят, как пить дать. Из круглого зала собраний Сандайме Хокаге вместе с тремя взводами АНБУ и с двойками Хьюга и Яманака сразу же направился к тюремному комплексу. Приторно сладкая парочка Советников выбрала позицию необходимости более тщательного расследования – надо провести еще одно тщательное и не ангажированное расследование по всем пунктам, кроме не подлежащего сомнению родства с Учиха. Нара Шикаку на пару с Акимичи Чоза принялись успокаивать слегка растревоженный народ. Инузука Цуме убралась с глаз долой, укрывшись в клановом квартале. Опальный лидер Корня, витиевато извинился, уступил место более молодому и одаренному (выдвинул на свое место Нара Шикаку) и залег на дно. Такая вот рокировка. Данзо многие не любили, и теперь он не будет им мозолить глаза своим высоким положением Советника, обличенного властью (но не стоит обманываться, что он утратил всю полноту своего влияния и реальной власти). Шимура фактически заполучил индульгенцию на еще более темные дела, поскольку стал подотчетным лишь перед Хокаге лично: не надо больше оправдываться перед Советниками и Главами Кланов, а с Хирузеном они давно и накрепко повязаны, никуда друг от друга не денутся – будут покрывать до последнего. А прокол… если это прокол, а не долгожданный предлог обоснованно свалить глубже в тень?! Биджу разберет этих интриганов!.. А по клейму АНБУ – я единственный живой свидетель слов Шиби. Получается, я в этом вопросе меж двух огней: Хирузеном и Шиби. Как быть? Выбор отложен, но его предстоит сделать, хотя пример того же Учиха Итачи всяко красноречивее моих мелких откровений, очень личных… Все всё знают, но говорить открыто – моветон. Шиби, кстати, поступил по чести, организовывая экстренный общеклановый сбор - не растрезвонил о событиях на заседании, блюдя этику. Никем больше не поддержанный вотум недоверия автоматически потерял силу, но в дураках клан Абураме не остался, отчасти добившись результата; на следующем заседании Совета Кланов, расширенного всего двумя Советниками, клан Абураме поддержит кандидатуру Нара-доно на пост Советника вместо Шимура Данзо. Шикаку пройдет единогласно и будет утвержден без препонов - почти формальность.