Ради чистоты сознания и воздействий, я отрядил клонов поддерживать свое недавнее изобретение «Бакудо-52: Риппоу Хинин». Куб отрицания имеет огромный и еще пока нераскрытый потенциал, но мне сейчас требовалось только отгородиться от влияния энергий Ада, чтобы заняться более важными изысканиями.
Для начала перешел в шикай и попробовал подчинить себе биджу при помощи шарингана, как некогда кто-то подчинил себе Кьюби, в глазах которого во время нападения на Коноху крутились три томоэ. Поначалу ничего не получалось, как в зыбучих песках погряз в чужих нервных импульсах - телесные чувства, обманываемые гендзюцу. Помог занпакто, нащупавший нечто родственное. Собственно, я сам мог бы догадаться – глаза. Было что-то общее в наших глазах, будто то ли части одного целого, то ли часть и упрощенная проекция, то ли связь с Адом. Не ясно конкретно, но это помогло зацепиться и прекратить плавать в чужих телесных чувствах, опершись на зрение Санби. После захвата биджу на нижней из орбит в глазу Санби закрутились три завитушки, обозначив шаринган.
Фу, идиот! Ни грана разума, голые инстинкты - почти. Скорее всего, такая тупость – упомянутое Ягурой последствие воздействия Мангекё Шаригана, сжарившего мозги у этого биджу. Чистота эксперимента накрылась, но я не стал его прекращать.
Ощущения от контроля над биджу были странными, но смутно знакомыми. Примерно так я дублями управляю, выдавая команды или подключаясь к их восприятию. Так и с Санби произошло, только приходилось прилагать значительные усилия для подавления его агрессивной звериной натуры и подчинения своей воле. Из-за моего неумения на это тратилась прорва чакры; благо биджу сам еще мал, немощен и ущербен, а то бы я облажался. Сложные команды на манер танца ударялись как горох об стенку, а вот простые перемещения выполнялись черепашкой точно и безукоризненно.
Когда я перешел в банкай, то повторное подчинение далось гораздо легче, причем, без зацепок на родственность додзюцу. И да, в глазу Санби все равно загорелся шаринган. Скверно. Учиха для управления биджу в полной силе должен обладать недюжей волей и сильной чакрой, чтобы подавлять и подчинять. Согласно истории, так мог только один – Мадара. Однако напавшего на Коноху Кьюби кто-то контролировал именно второй формой додзюцу – я уверен из-за характера поведения подчиненного биджу, обретающего способности шарингана.
Узор Мангекё Шарингана не передался подконтрольному Санби, а томое шарингана крутились до тех пор, пока я не обратился к родственной связи двух наших с ним додзюцу, удивившись во второй раз, когда подстроился под захваченного биджу. Сразу же из центра глаза Санби вылетел мой сюрикэн с тремя лезвиями. Даже стало возможным призывать черное марево с первого уровня Ада, в исполнении биджу-черепахи обретшее форму черной воды – вот и раскрылся секрет их черных «Биджудама».
Хм, в любом случае усилий и чакры меньше тратиться, если биджу сам не против исполнять команду. Например, бежать к живительной, но болезненно огненной искорке, только выбранной мной, а не им. Сенкай для подчинения не стал испытывать, боясь превратить биджу в овощ.
Загнав треххвостого в свой куб, я начал обследования с доступного – глаз. Правый у него был ранен, причем, порез сохранился даже после перерождения. Мда… Катто. След от моего фамильного Хакко Чакра То. Мой отец оставил, не иначе. Скрипнув зубами, пресек ностальгические поползновения, связанные с Сакумо, и занялся здоровым левым глазом. Черная точка в красном кругу, желтое кольцо радужки и концентрические черные окружности на белке красного цвета. Очень похоже на мой полноценный риннеган. Черная точка и кроваво-алая радужка с тремя тонкими концентрическими окружностями черного цвета и одной толстой каймой, отделяющей радужку от белка, который после активации оказывался белым, а не однородно серым, как до этого видели мои репликации. Единственное, что мне точно удалось выяснить, так это назначение кругов – фокусировка, словно бы соотносящая линзы в подзорной трубе. На большее у меня не хватило ни знаний, ни умений – необходимы планомерные изыскания. Далее я попытался исследовать внутреннее строение Санби. Проколупывать дырочку (иначе не получилось преодолеть защиту) в панцире не потребовалось – сохранился затянувшийся кожицей след от моего Серо. Однако Санби впитывал ирьчакру словно губка, имея схожую, пористую внутреннюю структуру. Энергия уходила, словно в бездну, никак не насыщая бесконечное нутро – таким образом выяснить что-либо не представлялось возможным.