Сюмпо - Консо. Сюмпо - Консо. Тобирама сделал роковую ошибку, отдав полицию Учиха: прозревающий ад клан всеми фибрами души возненавидел свое новое место в гакуре. Сюмпо - Консо. Противно и больно каждодневно видеть внушаемый тобой страх да творящиеся в доме грешки. Сюмпо - Консо. В клане Учиха копилась ненависть. Бунт имел место быть, имел реальную почву. Досацуган. Проклятые глаза проницательности прозревают, в том числе, чужую боль и греховность. Сюмпо - Консо. Тобирама направил взгляд проклятых глаз вовнутрь, а следовало сфокусировать шаринган вовне, устроив им дома райское место. Тогда бы более преданных Воле Огня вовек не сыскал бы. Сюмпо - Консо. Оба брата Сенджу не понимали природу ненависти Учиха, природу проклятья Учиха. Сюмпо - Консо. А сами Учиха понимали себя? Частично – я не знаю внутреннюю кухню, не принято из дома выносить сор и дрязги на люди. Возможно, они пытались как-то бороться, сдерживаться. Но наступил предел терпению. Сюмпо - Консо. Додзюцу Шаринган воспринимает рейрёку грешников, потому что может ее производить – без нее не завершится первая форма и вторая форма из нее рождается. Сюмпо - Консо. В детстве все невинны, но предательские газа видят боль, видят отражение Ада, высвобождающего свой яд в мировой океан энергии, в котором плескаются ниндзя, наиболее чувствительные к тонким воздействиям. Сюмпо - Консо. Вот корень бед Учиха, отсюда же рождается всеобщая мстительность и ненависть, к боли и к миру, ею наполненному. Чем позже пробудился Шаринган, тем человечнее Учиха и тем слабее его додзюцу. Сюмпо - Консо.
Готово…
Двое, способных отогнать облако, и девять нелюдей ликвидированы. Девять тех, кто стал центром притяжения рейрёку грешников и чей рассудок не выдержал – Гэнсэй не Ад, где от боли нельзя сойти с ума. Несколько десятков слабых сердцем следом отправлены скопом в Обществ Душ. Впереди еще девятнадцать пунктов…
География актов устрашения с предварительным оповещением охватила всю Страну Воды. Двадцать крупных населенных пунктов, исключая столицу и Какурезато, стали пустеть. Где всего на четверть, а где на целых две трети. Устрашенные жители, несмотря на посыл к сближению, рассеялись, не вынося остаточных эманаций, которые выветрятся и смоются только дня через два-три. Большинство ушедших, как мне потом многие пациенты-очевидцы рассказывали, это приблудный народ, бомжи, согнанные с мест бандитами или ниндзя, из прихоти уничтоживших поселки пачками. Вряд ли эти люди вернуться вновь в голодные города, осядут и отстроятся в сельскохозяйственной глубинке, где общиной можно досыта есть, работая на себя.
Одно дело тихо и бесследно убивать, другое корчить из себя доморощенного судию-мазохиста. Ни о каком продолжении обучения фуиндзюцу и ни о каких разработках с кланом Абураме после пережитого в адскую ночь не было и речи. И знаменитый уже Тадао-сама не принимал четыре дня: ловля Утакаты, день рождения Саске, подготовка к миссии, отсыпной-выходной в полном уединении.
После перерыва я самозабвенно принялся пользовать страждущих, проникшихся мирными намерениями и с повинной явившимися на присягу к Теруми Мэй. Почти не было кровавых обрубков и вывалившихся кишок, а были застарелые шрамы и подорванные ядами иммунитеты, пустые глазницы и безухие или оскальпированные головы, а больше всего наблюдалось разорванных каналов чакры и угасших катушек. Излеченному отребью, зачастую не по своей воле скатившемуся вниз, давался шанс исправиться. В первую очередь, на трудотерапии: хаос безвластья породил голод плюс свежевыловленные деликатесные моллюски, лобстеры и креветки в глубине материка стоят на порядок дороже. Помимо шиноби, приступивших к приспособлению боевых ниндзюцу под хозяйственный нужды (ловлю морепродуктов и устранению последствий разрушительных стычек), велся прием родни дружественных феодалов, аристократов, градоначальников, в страхе поспешивших выказать лояльность новому центру силы и власти в стране.
Я не меркантильный и профан в финансах, потому не влезал в дела Мэй с Ао, кредитовавших калек, через рьё привязывая исцеленных к себе. В итоге вся сумма, вырученная за сдачу трупов нукенинов, в считанные дни осела на моем анонимном счете. А еще финансовые потоки из ключевых городов, запуганных мною, теперь были взяты под контроль союзом кланов Теруми и Суиро. Они закрывают прочие статьи расходов, стабилизируя шаткое экономическое положение, висевшее на волоске былого авторитета и мощи. Обратной стороной медали стало фактически бесплатное развитие мной школы ирьёнинов, стихийно образовавшейся на базе лазарета. Я-Тадао не один вкалывал, но зачастую приписывал заслуги по лечению тем, кто на самом деле выступал ассистентом моих замаскированных дублей или теневых фельдшеров. Вот эти, в основном, молодые кадры, получая и по приказу принимая незаслуженные благодарности, всеми силами потянулись за владением ирьёниндзюцу, приобретая новые для себя знания и нарабатывая востребованное мастерство. Обмен опытом все еще продолжался ввиду огромнейшего числа всяких недугов и патологий, несопоставимого с оным для духовных тел и с имеющейся у меня практикой полевой медицины. На всякий случай, я теперь всегда старался синхронизироваться под чакру ассистентов, этим объяснялся их по всем меркам быстрый прогресс: был бы молниеносный, носи авральная практика систематизированный характер и предваряйся лекциями по теории.