Всё это долго зрело и в благоприятных условиях наконец-то проклюнулось успешными результатами, нуждающимися в доводке и шлифовке до безупречности.
Естественно, воплощая наработки и задумки, Эзра отлично развился в создании полей шипов и кольев, катков и минных заграждений, замораживающих и секущих вьюг, замораживающих и оледеняющих дыханий, великих лавин, стен, льдин, айсбергов, скульптур, домов, в залпах кучей градин, ворохом игл и сенбонов, тучей стрел и сюрикенов, ротой дротиков и осколочных бомб, взводом копий и трезубцев. Не только в миниатюре, но и ежедневно выдаивал чакру на краю истощения, лишь бы потешить своё самолюбие гигантоманией, поскольку штурмовиков проще вморозить в глыбу льда или расплющить, чем кинетически пробивать их белую броню, хотя для воришки беспроигрышная стратегия – это избегание любых схваток. Увы, за три-пять подходов к большинству из этих боевых дзюцу можно лишь отточить применение, а для сокращения множества ручных печатей нужна каждодневная практика.
Разумеется, в условиях технологичной цивилизации большинство изысканных ниндзюцу малополезно. Реальная нужда есть в барьерной корке льда. Эзра не пожалел двух термальных детонаторов и двух энергоячеек по пятьсот бластерных выстрелов каждая, с интересом взрывая и расстреливая из E-11 скорлупу купола и отдельные пластины. Это и щит индивидуальный, и блокировка дверей со шлюзами, и закрытие корабельных пробоин. Ещё одно хьётондзюцу, которое может стать востребованным, это пятиметровая толща ледяной стены для надёжного перекрытия коридоров или лифтовых шахт. Вероятно, на ледяном катке оскользнётся не только обувь с шипованным протектором, цель – уронить шагоход, а ежели устоит, то наверняка сработает ледяная мина из уплотнённого мороза, делающего хрупкой даже дюрасталь. А для драпающего внутри здания диверсанта будет полезно оледеняющее дыхание, способное в тесноте коридора пленить в глыбах льда несколько отделений штурмовиков. Опять же, публичное проявление своей ледяной уникальности – это крайний случай, но быть к нему готовым – это залог выживания в передряге.
Поздним утром шестого дня от расставания Эзра практиковался в своей пещере-стрельбище под толщей ледника. Вокруг медленно крутился купол ледяных зеркал. На восьми мишенях среднего уровня шиноби набивал руки с трофейным оружием с Гарела, на сей раз, с левой стреляя энергетическим игломётом, с правой паля бластерным пистолетом, стараясь угодить точно в иглу, ну, когда удавалось поймать её льдом. Естественно, наличие кинетической начинки качественно повышало точность стрельбы, но вопрос с распространённостью решала примерно двадцатикратная разница в количестве снарядов в обойме и непробиваемость лёгких защит от пуль и иже с ними.
А в нижней дюжине вращающихся вокруг шиноби ледяных зеркал – экраны с отражением поля зрения клонов: добытчиков, разведчиков, наблюдателей. Увы, пока получалось активировать всего одно изображение с перемещением фокуса между всей дюжиной, но каков прогресс! Сосредоточенный Эзра как раз вынимал иглы из притянутой к себе ледяной мишени, по новой заряжая картридж, когда среди зеркал нижнего ряда появился силуэт Призрака, медленно летящего над ущельем с означенной рекой, вдоль которой на гравицикле рассекала Сабин. Бриджер легко признался самому себе – соскучился. Подросток на самом деле хотел найти компромисс с семейкой Спектров, как решил искать его после Полярного Пингвина из тех же соображений, что высказывал Гере при найме юнгой-коком.
Эзра прекратил секретное дзюцу, собрался и вылез из своего убежища, пробежался до подготовленной для рандеву стоянки, по пути выудив из речки пару пеструшек, убрал сугроб с дровяного шалашика, высушил полешки из самой ароматной древесины и раздул огонь от головёшек из костра, который ещё пять дней назад подпалил высокотехнологичной зажигалкой – армейским огнемётом экспериментального образца. Очистить и выпотрошить улов – минутное дело. Опыт Юки Хаку ещё помог Эзре Бриджеру и его клонам отыскать съедобные корешки, успешно борющиеся с пресным вкусом.
- Добрый день, Эзра! Как дела? – улыбчиво поинтересовалась Сабин, сняв шлем и позволив ветру встрепать её шелковистые волосы с подновлённой гаммой - от корней тёмный фиолетовый к красному золоту кончиков.
- Добрый день, Сабин. Прекрасно выглядишь! - подросток вернул улыбку привлекательной девушке, спрыгнувшей с военного гравицикла.