- Твоя очередь, Эзра.
- Хорошо, тренер.
Эзра принял рукоять светового меча с длинной плазменной арки под нож, взял винтик и прицельно уронил его – жидкий металл капнул в бороздку и растёкся по ней. Под воздействием Силы бугристые края постепенно стали оплывать, выравнивая поверхность боковой стенки чулана для дроида, который в данный момент был задействован в рубке, чтобы не мешать занятию. Примерно через десять минут на выбранном месте красовалась едва заметная гладкая ямочка в самом толстом месте.
- Готово, тренер, - парень нехотя передал обратно включённый световой ножик.
- Эзра, я просил тебя обращаться ко мне «учитель» или по имени Кэнан, - не выдержал Джаррус, выключая инструмент и тем давая понять об окончании успешного и плодотворного занятия, прошедшего довольно тихо и мирно, на взгляд командира.
- Ты удовлетворительно исполняешь обещание о джедайских тренировках, и я признал тебя тренером. Большего не даёшь и не жди, – в грубой форме ответил Эзра.
- Вежливости и уважения, Эзра, вежливости и уважения.
- Ты старше и учился на джедая, тебе положено первым проявлять их, - ответил колючий Эзра, принципиально переставший обращаться к этому человеку как-либо иначе, кроме «тренер». У всякой сдержанности есть пределы.
- Воспитанные юноши по умолчанию проявляют к старшим вежливость и уважение, - гнул своё Кэнан, повышая с подростка до юноши. Но подмазывание лишь ухудшило.
- Окстись, мистер, ты не мой родитель или наставник для воспитывания. Я тебя терплю, и ты меня терпи, - неприязненно выдал Эзра, понизив с «тренера».
- Это деструктивная позиция для успеха обучения, - терпеливо сказал Кэнан.
- Кто бы говорил, - огрызнулся подросток, сдерживая крепкое словцо.
- С таким настроем тебе никогда не стать джедаем, Эзра, - пожурил бывший падаван, елико возможно крепясь и не понимая, чего более от него хочет мальчишка.
- Ха, кто бы говорил, - уличил Эзра.
- Эзра, я с сегодняшнего дня больше не пробую тебя учить – я тебя учу.
- Оу, что, неужели учителя в храме ордена и твоя мастер-джедай целыми днями напролёт натаскивали тебя по одной теме, пока не видели подвижек для перехода к другой? Кто-то говорил про азы для юнлингов… - напомнил пасмурный Эзра.
- Я тебе даю их и нормально объясняю, ученик, а ты отказываешься задавать уточняющие вопросы. Поэтому я сделал два подхода к одной теме, чтобы представить её с разных сторон, - выкрутился Кэнан, тиская рукоять меча и бородёнку.
- Вот это и называется тренировка. Эм, думаешь, я слепой, что не вижу, как ты с недавних пор сам упражняешься одновременно со мной? Я с одними наручниками – ты сразу на несколько. Я предвиденью и притяжению – ты предсказывал выбор дроида и подменял бутылки с одновременным притяжением себе в руку. И сейчас учился холодному расплаву, втюхивая мне то, до чего я сам дошёл ещё при сварке станины реактора и доказал своё умение в кольцах, - выговаривался Эзра, теряя самообладание. – Ты таишь суть приёма Силовой Ковки! По теме результатов для закрытия борозд и царапин у металла вопросов не возникло, я же шесть раз отвечал.
- Ты не представляешь, ученик, кто такие джедаи, чему и как обучали и тренировали. Я постепенно объясню тебе это, - проявил терпение Кэнан, в кантине бы давно набросившийся с кулаками, уча уму-разуму, но здесь и сейчас капитан был слишком обязан Эзре, который откровенно нарывался на взбучку: три операции с участием Спектра-6 принесли примерно такую же прибыль, как до его присоединения половина дел со Спектром-5, не говоря уже про обновки Призрака. И лечение…
- Орден повержен, сейчас джедай любой, кому импонирует добропорядочность. Для меня джедаи – Силовики-миротворцы. Мне этого достаточно, простонародью тоже.
- Кодекс джедаев… - продолжил Кэнан, но теперь был не прерван, а перебит.
- Я уже вызнал их.
- Повторенье мать ученья, Эзра, - высокомудро наставил проявляющий терпение Кэнан, ни бельмеса не смыслящий в педагогике и даже не пытавший навести справки, но сильно желающий узнать об используемых Эзрой источниках джедайской информации.
- Хорошо, выскажусь на тему кодексов Силовиков, - натянуто кивнул подросток, соглашаясь с расхожим изречением из уст козла, долженствовавшего в первую очередь рассказать обо всём этом, а не оставлять архиважное на откуп ученику.