Уже через десяток километров от острова бегущий Эзра перестал думать о вуки. Он ещё ночью искупался над расположенной посередь океана самой глубокой впадиной Кашиика – более двадцати километров, - впечатлился наличием жизненных форм на дне и её обилием во всей толще воды, солёной по-своему, нежели на Лотале или Мон-Каламари. Тогда проникся, а сейчас шиноби-джедай целиком отдался родным стихиям Воды и Ветра, разгулявшихся в первозданном буйстве и силе. Взлетал, нырял, прыгал, - вовсю забавлялся! Тренировки ещё как могут быть весёлыми! Успеть догнать, взобраться, спуститься? Перепрыгнуть с гребня на гребень или с боку на бок? Позволить ливню хлестать себя, а ветру швырять? Да-да-да! Эзра активно учился высвобождать энергию из всех тенкецу, всеми порами кожи генерируя водяной или ледяной доспехи, причём, конкретно в промежуток между прыжком с гребня вала и вхождением в бок следующей волны. Ощущал Силой могущество шквала. Летал вопреки сопротивлению и зависал в пространстве, учась фазироваться сквозь катящиеся горы.
Чем ближе к архипелагу и мельче дно, тем выше и круче становились океанские валы, гонимые ревущим ветром и взламываемые близ берегов кучами глыб, оставшихся от предыдущей непогоды. На океанах Лотала при жестоких штормах волны редко переваливают за высоту двадцать метров. На Кашиике во время данного шквала глазомер Эзры насчитал полтинник! От масштабов и разгула стихий у подростка дух захватывало. Буря восторга и ликования – эмоции многократно повышали могущество подконтрольной ему Силы. Резвящийся подросток на практике обучался чувствованию меры, при помощи сигналов от сопровождающих клонов обуздывая свои желания и отметая шальные мысли типа взятия под контроль всего шквала – пупок развяжется!
Голод – двигатель прогресса. Эзра сам себе запретил думать о провизии внутри фуиндзюцу. Поэтому единственным выходом стало освоение Ясновиденья Силы, как он себе это представлял. Отстраниться от невесть куда унёсшего его шквала, через Силу почувствовать рельеф дна, узнать о местонахождении ближайших островов, отыскать подходящий, верно сориентироваться с направлением и расстоянием, - это всё будучи в движении. Бесшабашно ринувшись в океан вместе со стихией, Эзра ничуть не озаботился просмотром карт и выстраиванием маршрута движения. Конечно, помнил и мог бы по памяти много чего восстановить, но зачем, когда разумнее в первый раз на нужном поприще превозмочь себя и далее учиться посредством Силы «видеть карту» местности, от дикой природы до города или здания – последнее было актуально и желательно для Шпиля на Стигеон-Прайм и городов-деревьев вуки.
Ледяной клон подхватил выдохшегося человека, превратился в спасательную капсулу-субмарину, набух тяжёлыми солями для погружения на пару сотен метров и поплыл в определённую сторону, пока измотанный играми со стихиями хозяин пил дистиллированную воду океана и спокойно медитировал, за счёт всё тех же знатно разгулявшихся стихий восстанавливая свои энергетические резервы.
Желанная гряда скал, клыками торчащих из океана, находилась в тысячах километрах поодаль. О вулканах зациклившийся на ирьёниндзюцу Эзра тоже поздно подумал. Пришлось довольствоваться скалистым мысом одного из островов всё того же архипелага, примерно в трёхстах километрах южнее покинутой стоянки звездолёта Крорг. Проводов морского заката не случилось из-за облачности. И желанной пещеры не имелось, потому Эзра сразу по прибытию знатно оторвался в тайдзюцу, вырубив себе нору, далее расширенную и обточенную при помощи ниндзюцу ледяного дракона.