- Уйди, Сай, - сержантским тоном продолжил подначивать Олег, когда дожевал остатки своей сосиски из лот-нерфа. – Ты не Имперского теста, Соя, и ты это знаешь, - словами Куррахи уязвлял сирота, уже зная, что унижал сына полковника и майора Саймс Армии Империи. - Хуже того, Эсэмэс, ты позоришь всех…
- Заткнись, Олег, - буркнул Зар, не выдержав.
Чёрный взгляд бледнолицего ненадолго перескочил на единственного темнокожего за столом.
- Собираешься заставить меня, Леонис? Не думаю. Отдай мне фруктовый батончик, Маис, - ещё более нахальным голосом потребовал Нажрос, квитаясь за то, что в юните Аурек стал последним, кто вырыл шесть оплавленных булыжников.
Олег уже готов был наколоть сосиску и быстро надкусить добычу, как Зар потянулся через стол и ударом выбил нахальную вилку из руки. Железяка громко зазвенела по полу. Все кадеты в столовой притихли, обернувшись на юнит непуганых идиотов. Зар видел, как рывком оторвалась от подноса голова Куррахи, евшей рядом с Хироном.
- Оставь его в покое, Олег. Прямо сейчас, - процедил Зар, уверенный в своей правоте.
Нажрос вскочил на ноги и наступательно топнул рядом со столом, оказываясь нос к носу с мигом поднявшимся Заром. Куррахи с интересом наблюдала, сидя.
- Ты выбил мою вилку, Леонис. Лучше сходи за ней, пока я не засунул её тебе в глотку! – набычено выплюнул Олег, остерегаясь получить наказание за матерщину.
И тут Хирон внезапно оказался рядом с петухами:
- Два взыскания. Олег, сядь, с пятым взысканием отчислю.
- Да, сэр, - порисовался Нажрос, не отрывая победного взгляда от Зара.
Хирон проводил его хмурым взором, пока провокатор не сел, потом посмотрел на второго виновника, зачинщика неурядицы.
- Мой кабинет, Леонис. Немедля.
Зар игранул желваками, поняв, что сдурил, и теперь Нажрос сцапает его собственный фруктовый батончик Снимар вместе со вторым куском ржаного хлеба и наверняка не побрезгует едва пригубленным компотом с кусочками нескольких фруктов и ягод. Жалко и обидно было оставлять едва начатый ужин, ведь жрать хотелось ого-го как. Зар безоговорочно последовал за Хироном, выходя из столовой, их бутсы стучали по отполированному полу.
Оказавшись у себя, лейтенант кивнул на один из двух свободных стульев. Безукоризненный эталон офицера снял свою фуражку, аккуратно положил и устроился за рабочим столом, блестящим идеально и не имевшим ничего лишнего.
- Хочешь рассказать, что это было, кадет? – тихо спросил зоркий лейтенант.
- Просто разногласия в моём юните, сэр.
- Речь шла о Саймсе, не так ли? – мягкий баритон разительно контрастировал с резким тембром голоса Куррахи. И сам по себе мужчина выглядел образцом стиля и мужественности, имея широкие плечи и узкие бёдра, словно в полную противоположность к груше карикатурной женщины, осуществляющей непосредственное командование курсантским взводом LRC077.
Зар промолчал. Хирон вздохнул.
- Я могу не соглашаться с методами сержанта Куррахи, кадет Леонис, но у неё история воспитания способных кадетов, - сказал Хирон. – Во время ориентирования кадет может быть унижен своей оплошностью. Но эта учебная неудача не приведёт к смерти или краху задания. В отличие от действительной службы. Ты понимаешь, о чём я говорю?
- Да, сэр. Но Пандак стремится жить по примеру своих родителей. И его преданность… ну, это очевидно, сэр. Разве Империя не должна найти место для такого кадета, как этот? – спросил Зар, заботясь вопреки решению игнорировать.
- Возможно, - согласился Хирон, изучающе смотря в лицо Зара. – Нет, без «возможно». Да, должна. Но это не Империя, которой мы оба служим, - не моргнув глазом, заявил крамолу офицер.
Зар боялся дышать, а Хирон, как всегда, делал это так незаметно, что казался запрещённым видом дроида. Через долгую паузу лейтенант скупо пояснил свои слова:
- Империя никому ничего не должна - это мы ей служим.
Какое-то время вновь провисела тишина, пока хозяин кабинета не наклонился вперёд. Уголки его опустились вниз, когда он вновь заговорил:
- Леонис. Я прочитал твоё досье. Тебя приняли, отклонили, потом передумали. Всё это произошло примерно в то время, когда твоя сестра исчезла из Академии.
В свою очередь, Зар тоже позволил себе изучать лицо Хирона. Правильный овал, тонкий короткий нос и схоже аккуратные брови под широким лбом, по-хозяйски прижавшим все остальные элементы к волевому подбородку с ямочкой, - всё это разительно отличалось от курносого блина недожаренной Куррахи. Беспокойство служивого человека выглядело искренним. Прежде, чем Зар сформулировал ответ, Хирон доверительно продолжил: