Эзра сделал несколько шагов назад. Широкая спина высокого Каллуса ещё не скрылась из виду, а шпион уже подкрался ко входу в покинутый кабинет. Ещё в метре от кодовой панели шиноби-джедай внедрил в неё порцию чакры и касанием считал самый свежий и повторяющийся фрагмент. После верного кода дверь с тихим шелестом впустила шпиона вовнутрь подзащитного помещения и заблокировалась как прежде.
Шикарный кабинет, выдающийся наружу, чтобы иметь ещё два боковых окна. Центральное место занимала дуга стола с тремя удобными креслами. Крупная полусфера голопроектора, интерфейсы ввода, встроенный в стол принтер с ранее принесённой известно каким порученцем пачкой флимси, ящики стола с документами – сластёной Каллус не являлся.
По бокам центрального окна и входа – чёрные имперские пилоны, представляющие из себя куб, на нём шар, сверху вытянутая пирамида со скошенным верхом. Эзра уже обследовал такие, сумев выяснить, как можно легко найти в Силе их по отдельности, а будучи определённым образом поставленными, они вовсе начинают резонировать и особым образом колебать Силу, что напоминало маяк. Несомненно, инструментарий ситхов для удалённого контроля работы «элементов» госаппарата. Поэтому ещё до того, как Дев-Эзра вошёл, четыре едва заметных воздушных вихря-клона проникли через вентиляцию и блокировали пилоны – стихией Ветра. К слову, пара соглядатаев ничего такого не приметила: Яхенна дождался бригады боевиков и свалил, а Мерей так и не появилась, скорее всего, даже не зная, где встречалась с гангстером.
Распечатав копир, шпион вынул диск декодера из считывателя, не просто начав процедуру длительную, а пропитав устройство своей чакрой и чутко пытаясь уловить в Силе концепцию копирования. Одно дело растиражировать ледяной сенбон или сюрикен, другое – при помощи Силовой Ковки изготовить точную копию предмета. Причём, не самому сканировать и повторять, а осуществить воздействие посредством Живой Силы на манер оттиска или штамповки. Почему нет? Это весьма просто вообразить. Главное – уловить принцип. Вот хотя бы на примере техники, приводящей в соответствие состояние электроники.
Увы, из-за эмоций шиноби-джедаю очень трудно давался «электронный райтон» – это совсем не Шторм Силы или Молния Силы. Масштабы крохотны в сравнении с распространяющимся на десятки метров ударным высвобождением молнии в виде разряда или ветвистой плети, которые Эзра успешно осваивал после судьбоносных откровений на Кашиике и самоубийственного риска в ионном шторме в секторе Бароса. Электронные элементы крайне малы – меньше среднестатистических клеток организмов, - чуть ошибся, и устройство уже хлам. Конечно, у Эзры имелась шикарная возможность освоить райтон в минимализме, так сказать, однако почти все дни прошедших недель он развивал свою физическую форму, продвигался в гендзюцу, отрабатывал элементы телекинеза и Силовых ощущений, а ещё активно и повсеместно осваивал комбинированные ниндзюцу клонов, с которыми нужно провести определённые штрихи доделки и шлифовку, что невозможно осуществлять при почти круглосуточном поддержании роли кадета. Ну, исследования…
Пиканье отработавшего копира вывалило Дева-Эзру в реальность. За это время простой теневой клон пообщался с Сабин через терминал Каллуса. Она узнала про Джая – мягкий от безотцовщины, мать едва сводила концы с концами; парень этого положения стеснялся, в разговорах употребляя «семья» вместо «родители» и мало рассказывая о ней. Семья Леонис – благополучная, крепкий средний класс. Олег – сирота, иммигрировал на Лотал с двумя дядьями, владеющими коррелианским лёгким транспортником YT-1300. Всем троим удалось втиснуться в квоту бесплатного обучения, в то время как за каждого из двадцати новобранцев вносили предоплату в двенадцать тысяч кредитов с оформлением на кадетов ростовщического займа на последующие годы обучения с условием покрытия долга за счёт списания половины жалованья за будущую службу. Напоследок Сабин объявила своё решение о завтрашней зачистке всех следов их шпионской деятельности в Штабе, поскольку передавать на обслуживание некому, а перевод в спящий режим опасен риском раскрытия, дезинформации и поимки установщиков софта. Геморрой тот ещё, предполагает короткий сон из-за ночной смены по минированию, чтобы завтра не отвлекаться.
Исходник в прорезь для дисков, копию внутрь шлема, на водянистом лице репетиция выражения неприятного удивления и колючести. Заглянув в шлём и как можно более компрометирующим образом довернув его под мышкой, кадет отпёр дверь изнутри, словно бы случайно столкнувшись с нервным Заром, запарившимся ждать его выхода.