Вскоре на месте крушения приземлился крейсер, высыпав отряд штурмовиков.
- Заключённый под стражей, сэр, - доложился сержант, ведя оного с наручниками за спиной. Имперских офицеров учат сопротивляться действию парализующего излучения, вот и очнулся быстро.
- Уведите его. Уверен, ему понравится в имперской камере, - процедил агент, крайне недовольный своими оценками стоимости операции по задержанию предателя, и его личностью в особенности.
- Я никогда не думал, что ты пойдёшь до конца, Каллус, - отдал ему должное Йован, проходя мимо и точно зная, что эта фраза западёт в душу его друга юности и не даст ему покоя долгий срок.
Штурмовики проявили уважение к хоть и провинившемуся, но не разжалованному офицеру и не стали тыкать ему в спину дулом, призывая заткнуться и пошевеливаться.
- Надеюсь, ты осознаешь, почему проиграл, - выдавил Каллус, совсем не гордящийся победой, доставшейся ему по воле случая.
- Просвети меня, как я всегда просвещал тебя, - подначил уводимый предатель, добиваясь гарантированного разговора в ближайшее время.
- Потому что я научился у тебя, и, как иронично, применил твоё «просвещение» на практике с тобой. И это конечный результат. Я должен сказать тебе это ещё раз в память о старых временах - спасибо тебе. Если бы не твой пример, я, возможно, провалил бы данную миссию. До встречи, Йован.
- Я надеюсь, что мы это сделаем, - длинно ответил Йован, сам себя процитировав.
Каллус скривился, вспомнив памятный эпизод из их студенческой жизни, оставшейся в далёком-далёком прошлом.
- Говорит комендант Ареско для агента Каллуса. Мне нужно обсудить с вами некоторые вопросы. Пожалуйста, дайте мне знать, когда вы вернётесь в Штаб, - но этого Йован уже не слышал, успев поменять глазную повязку на запасную, простую.
Как и рассчитывал предатель, его давний друг не выдержал мук сомнений и ещё в полёте пришёл поговорить через решётку каталажки, пока преступника в Штабе не упекли в СИЗО, куда Каллусу, как лицу пристрастному, вход заказан.
- Просветишь меня, почему предал Империю? – коротко спросил Каллус сквозь открытое им окошко. Он подпёр плечом косяк, в голове вертя плохие мысли о джедае.
В тесной камере раздалось шуршание, подсвеченный красными фонарями заключённый встал и сделал шаги к зарешёченному оконцу, готовый дальше играть.
- Я хочу подарить тебе на память свою повязку, - вместо ответа произнёс Йован серьёзным голосом. А затем проявил сарказм: - Не бойся, пальчик не укушу, и наручники всё ещё на мне.
Каллус шумно выдохнул, однако повёлся и отлип, чтобы протянуть пальцы к почти прижавшемуся к решётке лицу и аккуратно стянуть повязку себе. Вопрос про боевое ранение застрял в горле Александра, уставившегося на совершенно здоровый и живой глаз вместо пустой глазницы или стекляшки под веком.
- Дев Морган исцелил око всего за минуту. Империя телилась более пяти лет, а когда я окольными путями набрал сотни тысяч кредитов на выращивание мне родного глаза, то любовница предала меня. Как сама призналась, сучка была изначально подстелена под меня бригадиром, которого в первый раз прокатили со званием, назначив ядрёного мажора, зато после подставы с хищением «местечкового героя» наградили повышением до коменданта. Такова сермяжная правда Империи, Алекс, тебе ли не знать? – горько произнёс Йован, позволяя Каллусу сличать его глаза. Разумеется, он играл на известную публику, подавая верхушку айсберга правды в выгодном для себя свете. Едва ли это интересно, в отличие от высоченных ставок в азартных беседах с юным джедаем, телепатически видящим мысли и чувства простецов, но да, прошлое всё ещё довлеет над поступками обоих.
- Я прибыл на Лотал во многом потому, что ты служил в этом секторе, Тсин. Почему ты не обратился ко мне, а? – Александр вновь не сдержал эмоции на лице, уперев руки по бокам окошка и приблизившись вплотную.
- Потому что моё рыльце действительно в пушку из-за денег на глаз, а ты у нас идеалист, всё равно упёк бы вместе с подсидевшим меня *** и его б***, - едко хмыкнул Тсинзерг по фамилии Йован, с детства тренированный против паскудных телепатов и уже пытающийся мыслить себя как Джордж Коллинз, лотальский фермер, хотя ранее мужчина собирался красиво жить на широкую ногу и воротить крупный теневой бизнес под сенью Империи, но всегда был реалистом, понимая, что прямо сейчас ему выгоднее залечь на дно и подождать, например, занявшись финансовыми спекуляциями или платными консультациями тех же повстанцев. Главное, что фальшивая смерть поможет ему сбросить все нынешние поводки, а потом он и с единственным новым джедайским как-нибудь справится – всё лучше инквизиторского.