Эзра от Монада мог бы не бежать, а на высоте нескольких метров выжать под пятьсот километров в час из гоночного спидербайка, прикупленного на Корусанте; парню хотелось проветриться, вот и одел пояс невидимости да побежал с ветерком, для пущей скорости и хладнокровия пережигая излишние чувства в топке Очага Чакры, болезненно справляющегося с поддувом из приоткрытых Каймон и Кьюмон, поскольку всё ещё не научился применять Врата Хачимон в качестве шлюзов для выпуска эмоций.
Мышцы ныли – мысли тоже.
Эзра облокотился о перила родной вышки, сверху глядя на Лотал-сити и барражирующий над ним имперский звёздный разрушитель. Тоска по родителям навалилась с новой силой, переплетаясь с эгоистичным осуждением их предпочтения вести рисковую борьбу с Империей в ущерб спокойному воспитанию ребёнка. Тут наслоились и его собственные неуклюжие попытки зародить клан в разгар сплачивания разрозненных фитилей в единое повстанческое движение. Рефреном - мысли о зелёном предателе, который нынче сам попал в замес имперского «правосудия».
Климатологи распылили пепел над тучами, осадив с пользой для весенних полей и ради безоблачного неба во время парада и народных гуляний в честь Дня Империи. Полоса рыжего заката и глубоко синий небосвод, серп младшей луны, прохладный ветер с моря. Город в огнях, чадившие трубы на паузе.
Бриджер нехотя проник в свою прежнюю обитель. Вездесущая пыль тонким слоем покрыла шлемы и верстак. Шиноби-джедай провёл пальцами под столешницей, нащупав символы фуиндзюцу и подав чакры, - на столе появилась шкатулка, где хранился электронный ключ от входной двери в семейный дом.
«Эзра…»
- Мама!.. – слегка плаксиво выдохнул пацан, прижимая к сердцу хранитель яркого психометрического образа, запечатлевшего вручение «взрослому» сыну ключа от дома.
«Эзра… Эзра, мы должны защищать нуждающихся, особенно тех, которых давит Империя»
- Папа… - привычно считал он следующее яркое воспоминание, запечатлевшееся в предмете, когда мальчик недавно переданным ключом открыл дверь домой, а встретил там незнакомого гуманоида.
Эзра не раз вдохновлялся этим прошлым, удерживающим способного отрока от скользкой дорожки проходимца, свихнувшегося на почве мести. Сейчас ключ помог ему набраться милости к Тсибо, которого стоит найти, раскрыть причинно-следственные связи и припахать к работе на повстанческое движение, остро нуждающееся в кадрах – даже родианские сопли сгодятся для чего-нибудь полезного.
Создавая в шкатулке ледяной аэрогель и засыпая туда одни из самых лучших драгоценных камней, что комплексным подходом удалось сваять из ювелирного лома, Эзра запечатал клад обратно в верстак и покинул прибранное убежище, несколько лет добро прослужившее пацану.
Один из теневых клонов отменился, передав добытую информацию всем остальным. «Люди в белом» почти каждые пять минут патрулировали тот переулок, где был снят знаменитый ролик с Девом Морганом, исцеляющим увечья. Там запрещалось устраивать сборища, вот и приходилось страждущим калекам и прочим паломникам совершать прогулки, надеясь обрести благость. Всё бы ничего, однако там встретились две семьи, в дешёвых колёсных инвалидных креслах катающих своих детей: белогривый мальчик-готал лет двенадцати полез в двигатель спидербайка, а тот возьми да взорвись, оторвав руку и всего опалив; девочка-фиоринка лет семи пострадала от дроида, подхватившего компьютерный вирус, превративший няньку в мясника.
Как бы не было плохо самому Эзре, мимо детей он пройти не мог, поэтому прибыл на улицу, поупражнялся в гендзюцу, чтобы мягко направить к удобному месту. Применив ниндзюцу хенге, юноша стал Девом Морганом, показался молодым семьям и занялся делом. Первым – смелого отрока, чтобы пугливая девочка своими чудесными зелёными очами узрела исцеление и перестала бояться. Для лечения обширных ожогов шиноби-джедай воспользовался старой ванной и теми принципами, которые применяются в бакта-камере: давление в восемь стандартных атмосфер и кислородная маска, реализованные посредством ниндзюцу. Незаметно перемещённая внутрь пациента бакта-медуза поделилась стройматериалом для нарождения новых клеток. Вскоре место исцелённого мальчика заняла усыплённая девочка с отрубленными по суставы конечностями, отрезанными под корень головными тендрилами и шрамами от резаных ран по всему тельцу. Вернуть ей красоту – благое дело!