В последний день означенного срока Эзра заполнил аккумуляторные кольца под завязку. Ну, как под завязку? Занял все слои. Сколько получилось сохранить энергии в сумме? Не ахти. Взять, к примеру, оружейный макимоно в виде свитка около пяди шириной и трёх ростов взрослого ниндзя длинной: генин сможет запечатать тут от двадцати пяти до тридцати трёх кунаев, чюнин порядка ста, а джонин уплотнит в этом же самом макимоно целый арсенал из сотен кунаев, сотен сюрикенов, сотен сенбонов. Так дело обстоит и с аккумуляторными кольцами: основа фантастически замечательна, а дальше всё зависит от мастерства пользователя. Из-за малости размеров и новизны метода у Эзры единолично получились сотни слоёв с энергией на D-ранг и C-ранг да жалкие десятки с объёмами порядка ниндзюцу В-ранга, лишь с клонами-помощниками удавалось достигнуть А-ранга – стратегическая восьмёрка слоёв в обоих кольцах. Та же картина и с медальоном: сам Эзра пока мог за раз запечатать либо один предмет типа куная, ложки, энергоячейки, либо одну медузу; втроём с клонами получалось уплотнить стандартный имперский ящик; обоймы, грозди или гирлянды вещей давались лишь с равным количеством клонов плюс ещё два для удержания и нацеливания. Как говорится, капля камень точит, - тренировки со временем разовьют навык до приличного уровня. Будучи отроком, на освоение стандартного фуиндзюцу хранения ювелирки Эзре потребовалось несколько месяцев – Хаку на ту же печать потратил кратно меньше времени из-за владения каллиграфией.
Презентация готового светового меча состоялась ровно через месяц после остановки в Джотале, когда все собрались в кают-компании Призрака на планёрку дня. Лихо съехав по лестнице с юта, Эзра с довольной рожей оглядел удивлённых друзей, впервые увидевших то, над чем юноша так долго и самозабвенно корпел.
- Прежде, ты должен оценить, - скромно улыбнулся младший падаван старшему.
- Ну… - вставший с дивана Кэнан вскинул брови, глядя на с виду неказистое и старенькое устройство, протянутое ему главной рукоятью вперёд. – Он… - замялся воспитанник Ордена Джедаев, впервые видевший подобное чудо-юдо, кажущееся неудобным, уж точно жутко непривычным, а ещё таким холодным, что даже интуиция заверещала об опасности превратиться в ледышку при включении. – Другой… - мямля, вынес вердикт Кэнан для столпившихся рядом с ним Спектров, заметивших и незнакомый символ на пятке эфеса, и появившиеся на указательных пальцах под гловелеттами два новых кольца, помимо известных двух гаджетов на безымянных пальцах поверх обрезанных перчаток из бронированного нано-шёлка. – Но тебе, хех, вполне подходит. Давай, Эзра, активируй, - он вернул эфес обратно, абсолютно не представляя, как можно загнуть лезвие перпендикулярно и как вообще драться таким раздвоенным под прямым углом световым мечом, ведь эта схема сборки совершенно не вписывается в шесть форм боя, созданных джедаями за тысячи лет существования Ордена и светового меча в его нынешнем конструктиве.
Эзра принял пафосную позу, хвастливо красуясь перед Сабин, вытянул руки и лукаво взялся за обе рукояти, как за прямоугольный штурвал. Импульс Чакры на внутренний предохранитель, и вот незаметное сенсорное управление с характерным гудящим звуком высвобождает световое лезвие сине-голубого окраса со зримой пядью льдистого ореола вокруг – в кают-компании сразу посвежело.
- Впечатляет, - присвистнул Кэнан. – И герб титулованной особы тоже, - не смог он не подколоть уникума, грубо пренебрегающего традициями и догмами джедаев.
- Грхы-гы-гы, джедайский барон Эзра Бриджер, позвольте поздравить вас и не соблаговолите ли охладить нам пак пива в вашу честь? – забавляясь, прохрипел Зеб.
- Да без проблем, грузовой офицер Гаразеб Оррелиос, солёненькая рыбка уже засушилась, извольте отведать, - беззлобно пошутил в ответ юный человек.
- Поздравляю, Эзра, ты молодец, - восхищённо похвалила Гера, - только пиво и рыбка после дела, и так засиделись уже.
- Классно состарил девайс, Эзра. А что за ореол такой? – спросила Сабин вместо интереса к прелюбопытной эмблеме, о которой можно и попозже вызнать.
- А вот, - хитро улыбнулся юноша и внешним регулятором «как бы» добавил мощности так, что вокруг чуть громче загудевшего лезвия стали образовываться снежинки, посыпавшиеся хороводом. Далеко не всё он афишировал сейчас, лишь чтобы произвести желанное впечатление; над пока безымянным мечом предстояло ещё трудиться и трудиться, доводя до ума.