- Мир, дружба, снимар?
Гуманоидный ящер рыкнул-фыркнул, харкнул под ноги и гаркнул на своих:
- Опустить оружие, сучье племя! И живо расползайтесь по своим отстойникам, гады! А вы за мной!.. – проглатывая матерщину под пристальным взглядом Фортуны.
Дальше Тренш, с завистью оценив сумасшедше дорогую экипировку хитреца и вспомнив лицо из золотого перечня голов с ценой свыше миллиона кредитов, срывался и матерно гавкал только на попадавшихся на пути типов, обвешанных оружием так, словно собрались на штурм Дворца Императора Палпатина, и парень с астромехом вызывал у них лишь недоумение. Кстати, выброшенный батончик подобрал один из угнотов, так и ставший носителем медузы, быстро спровадившей в туалет.
Скудно или вовсе не освещённые коридоры, вездесущая пыль с песком, кое-где валялись косточки и огрызки, попалось даже свежее мокрое пятно на стене с лужицей на полу. Запашок был тот ещё, но не смрад откровенный. Дважды встретились помятые-побитые и оплёванные дроиды-уборщики, со скрипом пытавшиеся делать свою работу. Турелей и видеокамер не встречалось вовсе, так что шиноби-джедай на одном из лестничных маршей чуть приотстал и воспользовался удобным моментом, заменившись на раздувшуюся водой медузу и оставив её плавать в клон-доспехе, топавшем за ящером. Применить хьётондзюцу клонирования и разослав своих разведчиков, Эзра сделал ещё одну замену, вернувшись в ледяную скорлупу, даже с шага не сбившуюся. Шиноби-джедай знал, что телепаты таки ощущают его теневых клонов, в Силе отчасти напоминающих дроидов, и что стихийные конструкты остаются незамеченными.
Довольно быстро обнаружился сектор с вылизанными до блеска и чем-то особо начищенными полами – для ползанья гигантского слизняка с ручонками. Склады, арсеналы, личные покои, казармы, гостевые комнаты, санузлы, хозяйственные помещения, столовая, кухня, серверная, бытовки, кабинеты, игральные, салоны, библиотека, конференц-зал, гараж, ангар, операторская и диспетчерская, сейфовая…
Шиноби-джедаю тут было совсем неуютно, раздражающе чувствовалась некая тревога и сторонний пригляд, что свойственно кантинам в час пик, когда продыха от народу нет, а для карманников самое золотое время. Только одно дело самому воровать, а другое быть жертвой кражи. Так и Эзра себя ощущал, словно банта посередь стаи голодных вомп-крыс. Кто-то где-то как-то исподволь наблюдал и примерялся, заставляя сомневаться в жизнеспособности идеи скрытного рассосредоточения теневых клонов и ставя под вопрос разумность посыла стихийных…
- Эй, Исти, - заколотил ящер в простую пластоидную дверь, - тут гость по вашу чушню, мать вашу, Фортуна вякнул к тебе сопроводить. Открывай, с*** б***!
- Я вас слышу, Тренш. Спасибо, - отпёр тви’лек, опять тви’лек, только более красноватый, с более широко расставленными отростками и без выделяющегося зоба.
- Отвечаешь за них лично, - прошипел трандошанин, разворачиваясь на пятках и широким шагом покидая мягко освещённый, чистый и прохладный коридор со кельями неофитов, предваряющих дальнейшие монастырские владения.
– Добро пожаловать в монастырь ордена Б’омарр, гости дорогие. Позвольте представиться - Гедон Исти. Чем могу быть вам полезен? – любезно поклонился монах в тёмной робе с красным воротником и смешной шляпе, напоминающей напёрсток. Добытая Эзрой в Голонет фотография оказалась устаревшей или поддельной.
- Здравствуйте, Гедон. Это Пе, а я Ра, - махнув на дроида, сокращённо представился юноша, особо не скрывающий имя и лицо. – Мы можем поговорить в обстановке, более располагающей к беседе?
- Конечно, Ра, Пе. Прошу за мной, гости.
Неспешно шагая, монах через несколько реплик ударился в витиеватый монолог о том, как Б’омарр отказываются от всего мирского и бренного, ища просветление в раздумьях о Галактике. Пройдя через ухоженные и аскетично выглядящие коридоры, они зашли в одну из комнат с транспаристиловым окном с видом на Дюнное море. Простой стол, посередь него отпечатанная на объёмном принтере модель человеческого мозга, буклетики, графин с водой и поднос с гранёными стаканами, жёсткие стулья и скамьи, гобелен с орденской символикой на фальшь-стене.
Эзра первым заговорил, едва монах прикрыл дверь из имитирующего древесину пластоида, того самого, из которого штампуются выбеленные доспехи штурмовиков:
– Перейду сразу к делу, если позволите. Мы можем быть друг другу полезны в помещении с успешными результатами тренировок вашего орденского хирурга.