- Иван Сергеевич, давай обедать, видишь, подруга сердобольная снабдила. - Пригласил его к «столу» Фёдор. «Стол» представлял собой коробку, накрытую не совсем чистой тряпкой.
Они поели с аппетитом, запили еду чаем, Фёдор каким-то образом и чай добыл, в термосе принёс.
- Спасибо за обед. Фёдор Михайлович, у меня к вам просьба. - Ну а как ещё? Он вежлив, на «вы» со Романом, а когда с ним по-хорошему, то и он тоже.
— Если это такая просьба, которую можно выполнить, то отчего же мне её не выполнить. О, почти как Гоголь сказал, это из «Тараса Бульбы». Излагай просьбу. — Откликнулся собрат.
- Мне мало-мальски приличный костюм нужен, ну и сам понимаешь, всё, что к нему прилагается. Мы с вами одного телосложения. Сделаете? - Войтенко с интересом ждал ответа от этого лохматого Фёдора.
Фёдор Михайлович задумался, потом сказал:
- Сделаем.
***
С этого дня Войтенко стал следить за Волковым и через две недели знал абсолютно всё, обдумывал, где лучше всего пришить Анькиного босса, и придумал.
Глава 23. Виктор Волков.
Прошло две недели с того дня, когда к нам во двор пытался проникнуть Войтенко, больше он сюда не совался, наверное, понял, что никуда он не пролезет, Анна же вообще была ещё в больнице. Но там вообще мрак, синяки ещё не совсем сошли, но сказали, что глаза целы, этот больной не выбил, наверное, ох и садист, названия другого нет. Родители Анны согнулись от горя, недавно был у них, деньги оставил, не хотели брать, но что они там со своих пенсий могут, как снять со счетов Анны, не знают.
— Виктор, ты прости нас, и Анну прости, от неё теперь мало толку, придётся за ней как за младенцем ухаживать, — заплакала мать Анны.
Отец был менее сентиментальным, он раздражённо сказал:
— Бог её наказал за злодеяния, жить надо было по-человечески, чего не хватало, скажи? Всё было, жила как сыр в масле каталась, ни в чём не нуждалась, так нет, на преступную дорожку встала, и что? Вот и результат, сама убийца, и саму чуть не убил какой-то псих.
— Не ругайся, отец, Виктору сейчас и так нелегко, после ранения тоже в себя никак не придёт. Слышали, что ты с семьёй воссоединился?
— Да, мы снова расписались с Тамарой.
- Вот! И в том, что они тогда развелись, наша дочь виновата. Спасибо скажи, что Виктор приехал, а ты «прости», да кто простит за такое. - Отец Анны был непримирим.
Я понимал, видеть единственную дочь в таком состоянии врагу не пожелаешь, и с некоторых пор понять не мог, как такие положительные родители воспитали такую бесчувственную дочь? Или, может, всё от характера человека зависит? Ведь я всегда считал Анну образцом воспитанности и такта, уважал. А она, выходит, притворялась из-за своих корыстных целей.
- Ты бы видел её, она один сплошной кровоподтёк, страшно смотреть. - Мать Анны вытерла слёзы.
- Нет, в больницу я не поеду, я приехал вас поддержать, лекарства завтра мои люди привезут, капельницы, уход — всё оплачу, но... Сами понимаете, видеть её сейчас выше сил.
- Понимаем. - Михаил Александрович кивнул головой. - Вы всё правильно сказали, Виктор Сергеевич, спасибо вам за помощь, хотя вы и не обязаны этого делать.
- Спасибо большое, Виктор. - Лидия Николаевна в течение всего времени, что я был у них, несколько раз благодарила.
- Скажите, а того зверя не задержали? - Михаил Александрович сокрушенно покачал головой.
- Пока нет, но его обязательно найдут, поверьте. До свидания, мне ехать нужно, дела, сами понимаете.
***
Ох, видеть родителей, у которых больные дети, тяжело, ведь для них-то она ребёнок, как бы там ни было, да, я был зол на Анну, но не желал плохого, отец её прав, бог наказал их дочь.
***
- Папа. - Сын, он меня первый встречает, мы с ним по-мужски руки пожимаем, я так дорожу им, он мной, до двенадцати лет не знал меня. Обнял своего отпрыска, вот как тут не пожалеть было родителей Анны, не её, нет, мне почему-то её не жалко, а их да.
- Виктор. Добрый вечер. - Обнял Тамару, она немного сейчас стала веселее, привыкла ко мне, а то ведь никак не могу встряхнуть её, не доверяет и всё, понимаю, трудно ей, поэтому терпеливо ждал, когда она сама начнёт смеяться весело, шутить иногда, в основном она такая серьёзная всегда.
- Вечер добрый, Тамар, а её величество свекровь твоя где? - Пошутил я.
- Сериал свой любимый смотрит, турецкий какой-то. - Улыбнулась она.
- О-о-о, ну это святое, здесь трогать нельзя человека. Вы чем занимались? - Поинтересовался.
- Да так, я новую программу компьютерную осваивал. - Поделился Ваня своими умениями. - Всё получается.
- Молодец, а ужинать сегодня будем, я голоден, наверное, быка съем.