Глава 1. Подслушанный разговор
Роза спешила как могла, шустро перебирая ногами в лёгких домашних туфельках по каменным ступенькам. Ух, и большой же у них с отцом дом! Хотя, каким же он ещё может быть? Статус градоначальника обязывает. И если сейчас Роза просто недоумевала, зачем им столько комнат и целых три этажа в доме, то в детстве она с удовольствием бегала по этим самым этажам и пряталась в нишах и просто огромном количестве комнат для гостей, ну и в помещениях другого назначения.
Вот и сейчас она спускалась из своей комнаты на втором этаже, стараясь как можно скорее оказаться в малой гостиной, чтобы не заставлять себя ждать. И вот она — нужная дверь, чуть приоткрытая. Роза остановилась, чтобы отдышаться, ведь леди, даже юным, не пристало всё делать впопыхах и уж тем более носиться по дому как служанкам, которых в доме практически не было, за исключением поварихи — Нэны, которая практически вырастила Розочку, садовника и конюха.
Когда дыхание уже почти выровнялось, Роза собралась толкнуть дверь и войти, но чуткий слух девушки уловил, что разговор-то у ожидающих её швеи и сапожника, идёт как раз о ней. Пересилить любопытство Роза не смогла. Из дома она выходила редко, и то, только в сопровождении отца или кухарки с садовником или конюхом, так что она очень скучала. Узнать что-то новое могла или из книг, или из разговоров с кухаркой или отцом. А тут — неожиданно новые источники чего-то интересного появились. Так что Роза посчитала, что если ещё минут на пять задержится, ничего страшного не случится. Отругать её некому, ведь кроме отца это никому не позволено, а он сейчас в городе, решает свои дела. Так что девушка, автоматически разглаживая руками складки на юбке платья, вся обратилась в слух, чуть ли не приникнув ухом к зазору между деревянной дверью и косяком.
— Бедняжка Роза, — меж тем сетовала швея, сложив руки на своей полосатой юбке, отчего-то тканью напоминающей Розе ночную рубашку отца, — так и не увидит она света. В городе говорят, что не выпускают её из дома, а если и случается выйти, то без сопровождения её не увидишь.
— Ну да, — согласно покивал седой сапожник дядька Артемий, — где уж ей, малышке, жизнь узнать, когда её из одной золотой клетки — родного дома, в другую, к мужу отправят. Слыхали, что градоначальник отбор женихов для дочки своей организовал, чтобы жениха ей достойного найти. Нашим-то девкам проще, они то на ярмарках, то праздниках развлекаются, с парнями общаются, красуются, милуются, а малышка Роза, уверен, даже и не знает, насколько она хороша и как по ней парни-то наши сохнут.
— Да ну, Артемий, чего вы такое говорите? Не про простых парней этот цветочек рос, — явно отмахнулась от слов сапожника швея. — Розочка Труар вон какая — беленькая, волосы светлые, у нас редкость это, а глазки-то, глазки какие красивые — голубые, как летнее небо. Фигурка хрупкая, но всё, что нужно у девочки есть. Тут её родители не обделили. Уж я-то точно знаю, не первое платье на неё шью, да и всё остальное, что по моей части, тоже.
— В мать она свою пошла, — тут же закивал сапожник. — Помните леди Илию? Ох и красивая женщина была! Добрая, весёлая, да только Аскольд Труар как заприметил её, сразу окольцевал.
— Да-да, помню её, — негромко рассмеялась швея. — Помню, как парни-то в городе расстроились, что никому из них Илия не досталась, а ведь она из простого народа была, как мы. Мать у неё белошвейкой была, а отец… не припомню что-то, кем ж он был. Редко его видела.
— Охотником был Пьер, знатным охотником, — восполнил пробел в памяти швеи сапожник. — Слышал, что даже король его звал, когда большую охоту затевал. Вот на одной охоте ему и не повезло, кабан дикий попался. Говорят, что такой был крупный и бешеный зверь, что все разбежались, а Пьер, отвлекая кабана на себя, чтобы король с гостями моги убежать, спастись не смог. Жаль, конечно.
— Да и жена, как я слышала, ненадолго его пережила, — вздохнула швея. — Как узнала, что дочь-то оборотень-медведь уволок, так и упала без чувств, а потом сколько лекари с ней не бились, не оправилась, ушла вслед за мужем. Хотя знаете, может и неплохо, что Илию оборотень-то уволок? Так она много нового и интересного сможет увидеть и узнать. Оборотни ведь кого попало к себе не пускают. Я бы и сама не отказалась у них побывать.
— Ох уж это женское любопытство, — усмехнулся сапожник, наверняка покачав головой. Розочка не столько подглядывала, сколько подслушивала. — Где ж там что хорошего? Девчушка-то, Розочка, без матери осталась. И хорошо тут только, что хотя бы отец у неё остался, — проговорил сапожник, и тут Роза услышала позади, в коридоре, шаги — то ли кухарка шла, то ли отец вернулся. Поэтому больше подслушивать под дверью Роза не могла себе позволить. Распрямив посильнее плечи и растянув губы в приветливой улыбке, она толкнула дверь и вошла в малую гостиную, кивнув в знак приветствия тем, кто её заждался настолько, что позволили себе обсуждения жизнь Розочки за её спиной.