Дженелл …
— Я все еще люблю его, — вздохнула Грейс. — Я всегда буду любить Джонни и малышку Грейси.
Звезды, казалось, слушали, подмигивали и кивали ее мыслям в темноте.
Успокоившись, Грейс вернулась в дом.
— Не забудь привезти мои игрушки.
Грейси в своих новых теннисных туфлях прибежала в холл, где ее ждал Джонни, чтобы обнять на ночь. Он собирался в пригородный дом Дженелл, а Грейси — в зоопарк с бабушкой и дедушкой. Он нагнулся, и она обхватила его за шею, пальчики ее вцепились в его футболку, когда он поднял ее.
— Я не забуду, — пообещал он.
Грейси не хотела идти с ним, и Джонни решил: это потому, что она уже излечивается от травмы, ведь она еще такая маленькая.
— Привези мои видеоигры. И всех моих кукол и мои фермерские книжки с котятами, — наставляла его Грейси.
— Видеоигры. И всех кукол. Фермерские книжки с котятами. Есть. — Ставя Грейси на ножки, он улыбнулся, подумав, что, наверное, проще привезти все коробки с надписью «игрушки».
— Когда мы поедем домой, Джонни?
Джонни заколебался, вытаскивая из джинсов ключи от родительского «БМВ».
Домой…
— Ты имеешь в виду на ферму? — Разве он сам не хотел этого? Чтобы Эшвилл стал домом? Почему же ему вдруг захотелось, чтобы желание Грейси звучало более конкретно?
Грейси кивнула.
— Я что — пропущу школу?
Естественно, она подслушала его разговор с Грейс. Несмотря на недавнее беспокойство, он улыбнулся.
— Только если это будет необходимо. — Он присел рядом с ней. — Я догадываюсь, что ты скучаешь по котятам. Поэтому тебе нужна фермерская книжка.
— Я хочу, чтобы Грейс мне ее почитала.
— Я догадываюсь… ты тоже скучаешь по Грейс.
Грейси энергично кивнула:
— Я хочу ее крепко-крепко поцеловать, когда увижу.
— Ей это понравится.
— Я знаю.
Ну конечно, Грейси знает. Дети знают, когда они желанны и любимы, так же как и наоборот.
— Теперь я должна съесть свой блинчик.
— Скажи бабушке и дедушке, что я ухожу.
Грейси убежала. Джонни поднялся, чувствуя, что одна тяжесть на сердце сменилась другой. Как бы осторожно ни вела себя Грейс, малышка к ней привязывается.
Эта мысль преследовала его по пути в пригород.
Он поставил машину на широкой дороге и вышел. Пятнадцатикомнатный дом родителей производил впечатление, двухэтажный особнячок Дженелл и Гранта — тоже.
Но когда бесшумно открылась и закрылась массивная входная дверь, Джонни вспомнил хлопающую дверь на ферме. Окна по обе стороны входа пропускали мягкий свет. На стенах, с точки зрения Джонни, не хватало пары старых фотографий Элвиса, как у Гринов. Бассейн перед верандой был с проточной водой, но даже его великолепная голубизна не могла сравниться с затянутым ряской прудом на ферме в горячий солнечный день. Джонни подумал, что, может, Грейс сейчас ловит рыбу…
Он пошел к лестнице. Покрытые пылью чехлы и коробки не могли нарушить элегантность дома. Конечно, у них на ферме не было многих удобств, которые предлагал этот дом. Джакузи. Камин. Застекленная крыша. Он никогда не скучал по другим местам с тех пор, как забрал Грейси в Эшвилл. Но здесь он скучал по старой ферме Гринов и знал: это потому, что он оставил там частичку себя. Свое сердце.
Теперь он знал, что, то же можно сказать и о малышке Грейси.
Поднимаясь по деревянной лестнице, достойной служить декорацией к «Унесенным ветром», Джонни провел рукой по перилам. Наверху он поймал похожий на звезду лучик солнца, проникавший через замочную скважину и сверкавший на серебре. Комната Дженелл и Гранта.
Хотя он приехал, чтобы забрать вещи Грейси, Джонни повернул не к ее детской с игрушками. Он отправился в комнату Дженелл, привлеченный коробкой с кружевами, словно лившимися на пол, подсвечниками и серебряной мишурой. Ему пришло в голову, что его сестра была романтична. Цветные стекла, лестница, кружево, подсвечники.
Джонни присел у коробки, потирая пальцами потускневшую шкатулку Дженелл с драгоценностями. Надо бы упаковать эти вещи бережнее — и так же бережно обращаться с сердцем малышки Грейси… и Грейс тоже.
Он надеялся — молился, — что разлука заставит Грейс понять, что она любит его. Но если это не так, — а похоже, что не так — пострадает не только он. А новая травма — это вовсе не то, что нужно девочке. Серебро засверкало под его пальцами. Он не может разочаровать Дженелл.
Шкатулка открылась сама собой, и он увидел стопку писем. Он моргнул, чтобы лучше видеть, и запихал бумаги обратно. Прекрасная бумага цвета слоновой кости. Джонни провел пальцем по выгравированным буквам «ГГ». Этот набор Дженелл подарила Грейс на пятнадцатилетие.