Дэвид не скрывал сарказма в голосе, чем и вызвал недовольный взгляд Клаудии.
— Тридцатилетие — это перекресток жизненной дороги, и этим все сказано, — оборвала она его.
— Да?
— Да. Это время переоценки ценностей, время смены взглядов на жизнь, время прощания с юностью.
— Вы знаете, но мне почему-то не верится, что вам исполняется тридцать лет.
— Вот так комплимент! А как вы пережили свой кризис тридцатилетия? Или это было так давно, что вы и не вспомните?
— У меня не было времени предаваться переживаниям.
— Знаете, вы проводите всю жизнь за работой, даже не думая о том, что вы делаете, и в один прекрасный день проснетесь и поймете, что вам уже пятьдесят и ничего с этим не поделаешь. Вот тогда и узнаете, что такое кризис.
— Вполне вероятно.
— Извините, а когда у вас день рождения?
— Семнадцатого сентября.
— О, так вы Дева по гороскопу?! Как интересно…
— Это очень интересно, но, если вы не возражаете, я все-таки буду делать свою работу.
Дэвиду уже порядком надоела эта девушка.
— Конечно, — Клаудия казалась опечаленной, — занимайтесь своим делом. Я не хотела вам мешать. Я буду сидеть тихо, так тихо, что вы и не заметите, что я здесь.
Дэвид, углубившись в бумаги, начал быстро выписывать что-то на полях, а Клаудия погрузилась в свой журнал и старалась не смотреть на него. Хотя нельзя было не восхититься умением Дэвида так сконцентрироваться на работе. Сама не замечая того, Клаудия неоднократно возвращалась взглядом к нему. Краем глаза она видела, как у него на шее пульсирует вена. Интересно, он когда-нибудь волнуется? Клаудия на миг попыталась представить, что ей удалось взволновать Дэвида Стирлинга. И, к своему удивлению, обнаружила, что у нее самой участился пульс.
Таким образом, листая журнал и путешествуя со своими мыслями, Клаудия наконец наткнулась на интересную статью. Но она была о сексе. Как можно читать о таких вещах, сидя рядом с Дэвидом? Перелистнув страницу, она нашла материал о проблемах и преимуществах разного возраста. Нужно прочитать раздел о тридцатилетии, решила Клаудия. Интересно, есть ли какие-то удовольствия, когда тебе тридцать? «Женщины, когда им тридцать, уверены в себе — и это все, что им остается. Женщины в этом возрасте уже знают, что им идет, а что нет. У них есть своя мудрость, и живут они по своим правилам. "Мне нравятся женщины старше тридцати, — сказал один мудрец. — Они намного интереснее, чем молоденькие девушки. Интереснее, потому что им есть что сказать, они знают, чего хотят, и достаточно уверены в себе, чтобы пойти и сделать это. Их сексуальность на пике. Многие тридцатилетние женщины расцветают. Они знают свое тело, и это придает им особенный лоск и уверенность, то есть то, чем не могут похвастаться двадцатилетние девушки"».
Клаудия огорченно вздохнула. Какая чепуха! Так бы сказал Дэвид.
Ей никогда в жизни не приходилось встречать женщину, которая знала бы о своем теле абсолютно все. Ни в тридцатилетнем, ни в каком-либо другом возрасте. Единственное, что она знала точно, так это что она прилетит в Тель-Аман, вымоет голову, выпьет большой стакан джина с тоником и, как это ни печально, начнет новый период в жизни.
Клаудия закрыла журнал и вздохнула. Дэвид все еще читал свои бумаги. Девушка оглянулась в поисках новых впечатлений. Она осмотрела весь салон и встретилась взглядом с арабом — видимо, представителем той страны, куда летела. Он сидел через проход от нее. Это был приятный человек, одетый в западном стиле. У него были темные глаза. Он очаровательно улыбнулся Клаудии, когда встретился с ней взглядом.
— Простите, если покажусь вам нескромным, — сказал он на отличном английском. — Но не так часто встретишь очаровательную девушку по пути в Тель-Аман.
Клаудия просто расцвела. Незнакомец представился как Амиль, и уже совсем скоро они мило предавались веселой непринужденной беседе. В Лондоне он был по делам своего дяди, а сейчас летел домой.
— Вы надолго в Тель-Аман?
— Примерно на пару недель.
— А подольше задержаться нельзя?
— Боюсь, что нет. Я работаю в одной известной телекомпании, и сейчас мы просто зашиваемся в работе.
Дэвид сидел рядом и не верил своим ушам. Он никак не мог предположить, что она работает на телевидении. В этот самый момент Клаудия рассказывала, какой трудной и важной была ее работа. А ее новоприобретенный дружок подбодрял ее, кивал и улыбался. Краем глаза Клаудия увидела реакцию Дэвида на их разговор и удвоила попытки очаровать Амиля. Уж она покажет ему, что есть мужчины, которые считают ее привлекательной!