– Зачем? – спросил Агахасан, потягивая наргиле.
– Предполагается, что на подвластных нам черкесских территориях на землях Касай, Каспулат, Бесленей и Шигаке есть не только золото, но большие запасы руд, меди, угля, мрамора и гранита. Все это иметь в своем распоряжении нам было бы весьма выгодно.
– А что сами черкесы? – Хозяин выпустил густую струю дыма и взял в руку бокал с коньяком.
– Те племена, которые подвластны ханству, будут вполне довольны новыми источниками дохода. В казну князей вольется немалая прибыль. И ханство по большей мере может остаться довольным. Ведь возможность пополнять невольничьи рынки Кафы за счет русских рабов и небольших набегов на другие земли, становиться все меньше.
– Но на шахтах и рудниках тоже должны работать рабы.
– Вот для этого и готовятся набеги на Польшу и дальше. Ведь не возьмешь же рабов с подвластных султану территорий. Хотя в России могут насторожится притоком золота, что может потечь к нам в связи с разработками. Не думаю, что их могут заинтересовать наши недра, там и своего добра неисчислимое множество. Но сильный и богатый враг под боком – это совсем другое дело.
– Понятно. Я слышал, твоя миссия направляется в Данию. У меня там интерес в покупке тридцати лошадей. Мой человек сейчас Ольборге. Хочу, чтобы он вернулся с твоей миссией или хотя бы с ее частью обратно. Так будет надежней.
– Решим, – спокойно ответил гость, сделав глоток ароматного напитка.
– Ширин! Ты здесь? – в кабинет отца, который дедушка передал девочке, постучал Эльдар.
– Да. Там открыто. Заходи. – Она отложила перо и лист бумаги, на котором делала записи.
Молодой человек вошел и огляделся.
– Садись, Эльдар. Хочешь кофе? Радушно предложила маленькая хозяйка кабинета, расплываясь в теплой улыбке.
– Нет. Я ненадолго. Завтра еду обратно в полк, а отец отправляется по своим делам.
– Пусть Аллах тебе помогает, – она приложила правую ладонь к сердцу.
– А я ведь приехал посмотреть на рисунок твоего скакуна. Ты покажешь его мне, Ширин? – Он улыбнулся. – Ты ведь обещала, если я приеду к вам в имение.
– Да. Сейчас я его принесу. – Она стремглав выбежала из кабинета и через несколько минут вернулась с папкой рисунков.
– Вот, гляди, – Девочка на ходу достала из папки рисунок своего коня из сна.
Эльдар взял его. Внимательно присмотрелся.
– Ширин! Я не видел таких. Я не знаток лошадей, конечно. Но вижу, что он просто красавчик! Как живой. Это он тебе приснился?
– Да, – тихо сказала девочка, прижав к себе папку. Из папки выпал небольшой листок и спланировал на пол. Эльдар машинально нагнулся, чтобы его поднять. Нагнулась и Ширин, и они столкнулись головами.
– Ой! – Ширин потерла голову в месте удара и протянула к листку руку. – Отдай, Эльдар.
Но он не спешил отдать лист, а стал рассматривать девушку, изображенную на листке бумаги.
– Она похожа на тебя. Только старше.
– Да это и есть я. Меня Нурсабах так нарисовала. Как будто я выросла уже.
– Красивая. Ты и сейчас очень красивая, но когда вырастешь...
– Отдай, Эльдар. Нельзя чтобы его кто-то это видел. Ты же знаешь, что нельзя рисовать людей.
– Это все знают. Но я с этим не согласен.
– Мы тоже. Но и не показываем никому.
– Подари мне его, Ширин, – он продолжал удерживать лист.
– Зачем? – она склонила головку.
– Не знаю. Буду на тебя смотреть, когда мне будет трудно и, может быть…
– Страшно? – С мудростью, что обычно не свойственно юным госпожам, произнесла Ширин.
– Да. Может быть страшно, – спокойно подтвердил юноша.
– Но разве мужчины могут предаваться страху? – она взяла рисунок из рук Эдьдара и тихо вышла из кабинета, оставив дверь открытой.
Гости пробыли три дня. С удовольствием осматривая имение. Тукай- бек приобрел несколько кобыл для упряжки супруги. Когда Эльдар уже натягивал поводья своего коня, к нему подошла русская девочка Надя, что жила в имении, и протянула молодому человеку сверток.
– Это госпожа Ширин передала вам.