Дядя Агахасан, благодарю тебя все, что ты для нас делаешь. Нежно целую тебя родная тетя Айшат и преклоняюсь к твоим стопам.
Моя дорогая сестра Ширин, я обязательно скоро вернусь и сниму основную заботу с твоих хрупких плеч.
Мой любимый брат, Шамсур, помогай во всем нашим близким.
Очень вас люблю, да хранит вас Аллах. Ваш Бекир».
– Он так и не узнал, что они погибли, – сказала Ширин плачущей Гульзафар, которая сидела на подушке у ее ног и слушала, как Ширин читает письмо.
– Слава Аллаху, мой мальчик жив, – она вытерла глаза передником, – и моя маленькая, глупая Нурсагадат жива. И у тебя племянница родилась, да хранит наших крошку Всевышний!
Ширин опустилась на подушку рядом со старой женщиной, крепко ее обняла и, вздохнув, сказала:
– Слава Аллаху! Благодарю тебя, моя Гульзафар, за все. И за то, что ты есть.
– А куда же я денусь? Где мне еще быть, как не дома, рядом с моей семьей.
В гостиную вошел Фарид
– Госпожа. Что пишет наш маленький Бекир? Мы все ждем, что вы нам расскажете. Поделитесь.
Он улыбался, глядя на улыбающихся женщин.
– С ним все хорошо, Фарид. Он в Австрии. Больше ничего о себе не пишет. Но у нас еще есть одна счастливая новость, мой дорогой друг. Даже две новости. Моя сестра Нурсагадат жива. Она вышла замуж и родила дочь, которую назвали Нурхайят. Ты представляешь, Фарид, у меня есть племянница, слава Аллаху.
– О, – протянул Фарид, смахивая набежавшие на глаза слезы. – Слава Всевышнему!
– Гульзафар! Моя родная, вели готовить сладости для детей. Нет, для всех! Для всех готовьте сладости! Фарид!
– Да, моя маленькая госпожа.
Она радостно смотрела на управляющего.
– Вели резать баранов. У нас будет праздник!
В самый разгар праздника, когда люди танцевали под веселый перебор музыкантов, прискакал мальчишка, что дежурил при караульных на границе земель имения. Он спешился возле Фарида и его старшего сына. И начал говорить. Ширин протиснулась сквозь толпу танцующих.
– Что случилось? – она обратилась к сыну Фарида Васиму.
– Дахи передал, что по степи движется отряд всадников, лошадей в двести.
– Кто они? – обратилась она к мальчику.
Дахи склонился перед хозяйкой.
– Я не знаю госпожа. Они были далеко, когда мой отец послал меня сюда.
Фарид поспешил раздать распоряжения спрятать детей и беременных женщин.
– Все, кто мог держать оружие, заняли указанные Силуяном позиции. Дети, женщины были спрятаны за ограждение из мешков с песком, в подвалах.
Через три с половиной часа, показавшихся насельникам имения вечностью, прибыл отряд из трехсот всадников.
– Русские, – тихо сказал Силуян, обернувшись к Ширин.
– Что им здесь нужно? – начали звучать вопросы со всех сторон.
Ширин вышла вперед и встала перед прибывшим отрядом.
– Кто вы? И что вам здесь нужно? – женщина задала вопрос, насколько могла уверенным голосом. Она гордо держала голову, и расправила плечи. Но, несмотря на все усилия, в конце фразы ее голос дрогнул.
– Я полковник кавалерии ее Величества Императрицы Российской империи Алексей Федорович Бурмистров, – мужчина говорил на русском. Люди в недоумении смотрели на него.
– Они ни черта не понимают, – он повернулся к офицеру, который стоял от него по левую руку. – И надо же было этому чертову толмачу сдохнуть.
– Я прекрасно понимаю вас, господин полковник. Сможем обойтись без вашего почившего толмача.
Полковник улыбнулся.
– Очень рад, сударыня. Могу ли я рассчитывать на то, что вы представитесь? Должен вам признаться, что мало знаком с обычаями вашей родины, и часто случаются конфузы при встречах с местным населением.
– Я Ширин Барынбек, к вашим услугам, господин полковник. Супруга Эльдара Газы-Булат. Я являюсь управляющей этим имением, пока мой брат в отъезде. Поэтому прошу вас изложить цель вашего визита и визита вашего отряда.