Но больше всего гостей поразила Нурхаят. Она просто блистала своими знаниями и эрудированностью. Взрослые, вначале разговора желавшие лишний раз польстить графу и его протеже своей заинтересованностью, задавали поверхностные вопросы о лошадях и уходе за ними, вальяжно и снисходительно обращаясь к девочке, но она отвечая пространно и убедительно, заинтересовала собравшихся повести разговор глубже и обстоятельнее, что моментально убедило ее собеседников в том, что девушка не просто знаток своего дела, а кладезь мудрости и знаний в нем.
После той поездки, уже ни ее тетка вела переписку со знатью на предмет выращивания и лечения лошадей, а маленькая Нурхаят с удовольствием делилась своими знаниями и постигала из писем чужую мудрость. Граф считал такой расклад весьма полезным для будущего девочки и поощрял в ней подобное занятие, уверяя Ширин, что когда они станут свободней от основного вида деятельности, то вполне смогут осуществить ее давнюю мечту об ассамблеях и связи, которыми малышка обзаведется нынче, послужат ей на пользу в дальнейшем развитии.
От воспоминаний отвлек бой часов в гостиной и голоса конюхов, что, проходя мимо ее дома, громко обсуждали нынешний приезд хозяина усадьбы. Этим утром должен был прибыть граф вместе со своей юной супругой Евдокией Николаевной, урожденной Лопухиной. Ширин не планировала сегодня участвовать в чествовании Алексея Григорьевича по случаю прибытия, которое обычно отмечалось с размахом. Насельники имения загодя готовились встречать хозяина песнями и представлениями, с фокусами и показом новых навыков тренировки лошадей. Орлов, будучи щедрым и внимательным к своим людям, всегда заявлялся в имение с гостинцами, коими не обделял никого. Все от мала до велика бывали одарены чем-то полезным или красивым.
Но сейчас неотложные дела в жеребятнике ждали ее внимания. Дождавшись, пока Нурхаят позавтракает, Ширин вместе с племянницей отправилась туда. Они закончили свои дела в конюшне. Девочка ушла на урок истории, а Ширин стала перепроверять записи, сев в своем кабинете за стол. Ей принесли чашку горячего, приправленного пряностями кофе.
В приоткрытые двери постучала Стежка – дворовая девка из имения. Она долго стояла на пороге, комкая свой белый фартук.
– Господин граф велели барыне прибыть к обеду и откушать с ними и их супругой.
– Передай Алексею Григорьевичу, что я непременно буду.
Стежка продолжала мяться у двери, рассматривая комнату и разложенные на соседнем столе рисунки, на рисунки, развешанные по стенам.
– Барыня, можно мне спросить?
– Что, Стеша?
– Кто рисовал эти рисунки и почто так много?
– Эти рисунки рисовала я и моя сестра Нурсабах, – показала рукой Ширин. – А вот эти моя мама.
– А зачем вы столько лошадей нарисовали, на что вам это?
Ширин улыбнулась.
– Затем, чтобы, когда решается вопрос о том, какую лошадь с какой скрестить, вы видели, кто лучше?