– За разбойников, Силуян, я переживаю меньше всего. А вот зараза и долгий путь, это я скажу тебе совсем не шутка.
– И что? Повезете? – спросил конюх.
– У меня есть выбор, Силуян? Если с графом еще можно было бы как-то договориться, то… – Она ненадолго замолчала. – То его Императрица вряд ли захочет еще ждать.
– Да, почитай, что нет, Ширин-ханум.
– Ладно, – вздохнув, сказала наследница Барынбеков и откусила эчпочмак. Мясной сок тут же потек по подбородку, и она вытерла его салфеткой. – Ты кушай, Силуян, кушай. А потом будем решать, как устроить наше путешествие, чтобы Барс достиг столицы лучшим образом и также благополучно вернулся домой.
Силуян один за другим жевал истекающие острым и пахучим мясным соком треугольники.
– Что ж, – размышляла Ширин. – Если мы не можем избежать представления Барса Императрице, то нам придется очень внимательно за ним следить. Перво-наперво, нужно взять весь корм, который нам понадобиться в пути, с собой. И на обратную дорогу тоже, чтобы ненароком он не отравился у кабатчиков. Второе. В сарае стоит черная бадья из шунгита. Ее нужно взять с собой. И поить нашего мальчика только оттуда. Там также есть большая бутыль из того же шунгита. Пусть в нее наливают запас свежей воды и поят его только этой водой. Когда она закончится, я сама буду проверять воду, которую ему можно будет давать.
– Что это за шунгит такой, Ширин-ханум?
– Камень. Говорят, что он заразу убивает.
– И откель такое чудо, моя госпожа?
– Из Швеции. Мне шунгит чудо князь Кобленцский прислал. Остальные травы и лекарства на все случаи приготовлю сама. Ты займись кормом. Бери повозку и грузи с запасом.
– Слушаюсь, Ширин-ханум.
Сочные треугольники таяли один за другим в огромном теле старшего конюха.
– Что еще прикажете?
– Больше ничего. Готовь мальчика к походу в столицу Российской Империи.
Силуян поклонился, прихватил с блюда три пирожка и поспешил выполнять распоряжения хозяйки
– И проследи, чтобы этот самый шунгит не роняли. Камень все-таки. Треснуть может.
– Слушаюсь, Ширин-ханум, – послушался издали громогласный голос конюха.
На террасе показались юные барышни.
– Мама, что нам брать с собой? – спросила сияющая в предвкушении путешествия Михриджихан.
– С чего ты взяла, что вы тоже едете?
Девочка задохнулась от возмущения.
– А как же иначе? Ты хочешь оставить нас дома, а сама к их царице отправишься?
– Не скажу, что я очень хочу ехать к царице, доченька. Но я что-то не припомню, что звала тебя и твою сестру с собой.
– Тетя! Да как же мы тебя одну отпустим? – тут же нашлась хитренькая Нурхаят. – А вдруг там с тобой что-нибудь случится?
– Что, например? – спросила улыбающаяся Ширин.
– Разбойники нападут. Или еще что-нибудь, – предположила Михриджихан.
– И вы, стало быть, меня спасете, красавицы? – засмеялась Ширин.
– Ну не то, чтобы спасем, но скучать в дороге не дадим.
– Ладно, спасительницы. Можете не брать с собой много одежды. Все купим в столице, раз такое дело.
Девчонки бросились целовать Ширин.
– Какие вы у меня хитрые, девочки! – Ширин погладила и расцеловала их.
– Как же иначе? Мы же знаем, что тебе там будет скучно.
– Конечно, будет скучно. Куда же мне без вас, мои проказницы?
Она улыбалась счастливой улыбкой, и нежно гладила севших ей на колени девочек.
– Кажется, кто-то сейчас меня раздавит, – весело сообщила Ширин.
Обе вскочили.
– Ну почему ты у нас такая маленькая, мама?
– Да, уж какая есть, солнышко. Какая есть. А, может, это не я маленькая, а вы – взрослые. Ладно. Ступайте. Выезжаем послезавтра.
Бывший сераскир Едичкульской орды и бывший калга крымкого ханства Арслан Герай полулежал на подушках в благоухающем пышным цветением саду своего двоюродного брата со стороны матери Шираз-хана.
– Есть подозрения, что эта предательница Барынбек жива вместе с жеребенком и кобылами, которых мы считали давно сгоревшими. – Откуда такая информация? Ведь наши люди тщательно все проверили. Поинтересовался Шираз-хан у брата запивая вином кусок исходящей жиром молодой ягнятины. – Наш человек в Санкт-Петербурге, имеющий большой интерес чтобы свести счеты с Орловым подслушал разговор Екатерины с ее фрейлиной или спит с ее фрейлиной. Разница не велика, но этот зря болтать непроверенную информацию не будет. – Кто он? Шираз-хан опустошил пиалу с вином. – Хватит пить, брат. Все мозги пропьешь. Ты у с утра уже второй графин опустошил. Арслан Герай злился насвоего соратника за пристрастие того к алкоголю. – Мне так лучше думается, брат. – Что-то не помню я чтобы ты в последнее время думал. Из-за хода твоих прекрасных мыслей мы терпим от русских все больше и больше поражений, пусть шайтан их всех сожрет. – Кто твой человек, Арслан? Переспросил изрядно опьяневший потомок Чингизидов. – Камердинер Екатерины, Свиблов. Он проигрался в карты несколько раз, заложил своей имение и драгоценности жены, и чтобы не попасть под гнев тестя, что имеет все возможности скрутить зятя в бараний рог согласился с нами сотрудничать за весьма солидное вознаграждение. – И где Орлов прячет свои сокровища? – Пока не знаю, но это и не важно. У него достаточно средств купить любую землю или получить из казенных запасов. Россия слишком велика, чтобы разыскивать на ее просторах несколько десятков лошадей и одну бабу. Очень скоро он привезет эти сокровища пред светлые очи своей хозяйки. По крайней мере, ее любопытство лицезреть бесценного и долгожданного скакуна искусно подогревается и самим Свибловым и его любовницей. – Держи меня в курсе, Арслан. Ни Ширин Барынбек, ни ее питомец не должны добраться до столицы. – Само собой, брат. Не доберутся. Равно как русские не скоро получат вожделенную породу лошадей.